[Reallife?]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [Reallife?] » архив тем » Мастерская Julian De La Montegne


Мастерская Julian De La Montegne

Сообщений 1 страница 20 из 32

1

Жужу живёт в просторной двухкомнатной квартире на 11 этаже, купленной на средства отца. Из окон открывается восхитительный вид на Рим, из чего следует пополнение панорамной коллекции юного фотографа, а все стены в квартире, на какую не плюнь, увешены его работами.
Вошедший в квартиру тут же попадает в одну из комнат, настолько огромную, что в неё помещается и кухня с барной стойкой, и мастерская гения в области фотоаппаратуры и его же салон по совместительству. Вся квартира оформлена в минималистском стиле, с лозунгом: меньше мебели – больше места для полёта фантазии, голые стены – мольберт для творчества. Высокие потолки подпирают простые колоны, окна настолько велики, что занимают всё свободное пространство от потолка до пола. Если бы у Жужу была возможность, он бы и на них свои снимки прилепил. В этой комнате он принимает гостей и клиентов, устраивает просмотры своих коллекций, учится и частенько засыпает, прямо на толстом ворсистом ковре.
Кроме огромного светлого зала к владениям великого и ужасного фотографа принадлежит небольшая спальня и ванная, оборудованная как лаборатория для проявления фотографий. Практически всё место  в его комнате занимает огромный матрас и толстая перина на нём, бомбардированная разными рода подушками. По углам ютятся перевязанные лентами стопки снимков и аппаратура для фотоаппарата. Вход в святая-святых Жужу строго воспрещен и карается смертной казнью через повешение на гвоздике.
Обстановка более чем скромная, с намёком на аскетизм. В выходные квартира сияет показательной чистотой, в остальные пять дней рабочей недели у входа грудой свалены пустые коробки и пустые бутылки дешёвого спиртного с ободранными наклейками на темном стекле. Кроме мусора у дверей, имеющего хаотичный и хронический характер в глаза бросается заваленный плёнками  чайный столик перед длинным низким диванчиком.
Жужу счастливый обладатель именных чашек, ютящихся на полке в кухонном шкафчике. Уничтожение хотя бы одного экспоната крайне нежелательно, если вы не являетесь поклонником, крови, мяса и расчлененки.

Отредактировано Julian De La Montegne (2009-06-03 17:56:47)

0

2

ВУЗ

- Жужуууу…
Какой ужасный день. Просто потрясно, может, кто-то наверху решил устроить ему праздник? Боги явно злоупотребили алкоголём. Слишком много событий для одного совсем непримечательного дня! У Кейси, пораженного таким количеством впечатлений, аж голова шла кругом. И парень, будучи личностью непривыкший к подобному роду событиям, поспешил утопить краски в алкоголе. Говоря проще, стоя под дверью своего знакомого, он уже был подвыпившим. Совсем немного. Ему, как человеку, не умеющему пить в принципе, хватило двух бутылок дешевого тёмного пива.
А дело вот в чём. Деньги у нашего страдальца кончились ещё в прошлом месяце, зарплата ещё не намечалась, а, как оказалось, последний срок платежа за квартиру истёк ещё позавчера. Подобные задержки происходили часто, средства на жизнь периодически заканчивались раньше положенного срока, более того, оказалось, видит небо, Ли не знал об этом, он затапливает соседей снизу. Соседи пытались как-то связаться с ним, но разве это возможно, когда он от них, как от прокаженных, шарахается? В общем, хозяину это надоело и он выселил неудачливого жильца.
Ох, и даже придраться было не к чему – за месяц до этого, он таки получил предупреждение.
После пары бутылок пива самым лучшим решением оказалось напроситься в гости к старому знакомому. Ну, не ночевать же на улице? И к родителям являться не хотелось. Таки он уже большой мальчик, должен сам решать проблемы.
Ну, или сам от них позорно убегать, какая, собственно, к черту разница?
Требовательно затрещал звонок. Кейси отпустил кнопку звонка и обреченно откинулся на стенку. Рядом сумка с его скромными пожитками, за плечами рюкзак, набитый книгами, и чехол с гитарой, на которой он, впрочем, играет редко, в особые моменты просветления. Это, наверное, всё, что у него есть. Да и больше ему и не надо. Зачем? После его смерти всё равно некому будет получать его барахло в наследство. Конечно, может таки найдётся какая-нибудь дурочка, что полюбит его. Но сама мысль о том, что когда-нибудь придётся кому-нибудь открыть своё сердце пугало юношу.
Нет, уж лучше так, в гордом одиночестве.
- Жужуу, - ещё раз повторил он, требовательно тыкая указательным пальцем в кнопку звонка. Ох, ну ведь не выставит он его? Должно же быть у этого гребанного фотографа сердце! Правда, возможно, его нет дома. Но тогда Ли бы просто убился.

0

3

Итак, в жизни Джулиана Де Ла Монтегне было всего три вещи, которые он любил. Принцип трёх «фи», как он мысленно окрестил свои жизненные ценности. Фотоаппарат, фотографировать, фотографии. Более того, вся эта тавтология с общим корнем нисколько не смущала юношу своим отсутствием разнообразия. Отнюдь, он был доволен своей жизнью в частности и отношениями с окружающим миром в целом, вернее, их полным отсутствием. Единственным номером в телефонной книге оставался мобильный его тронутого на всю голову отца. Конечно, иногда Жужу задумывался над смыслом своего существования и в особенности над тем, кто объяснит его Папочке, почему у него не будет внуков, после того как талантливый фотограф сыграет в ящик.
Но как бы то ни было, Джулиан был счастлив в своём лягушатнике до этого дня. 15 июня 2009 года отныне отмечалось на всех календарях чёрным маркером, и в этот день юноша старался не выходить на улицы города, как в полнолуние пятницы тринадцатого 6 июня 2006 года только намного хуже.
В этот злосчастный вечер, ничего неподозревающий Жужу сидел на полу в своей комнате и перебирал фотографии, сделанные в прошлом году. Он аккуратно развязал алую ленточку на очередной стопке и с любовью разложил перед собой снимки. На них был запечатлён всего лишь один человек, но каждому ещё неумелому кадру удавалось вызвать на приятном во всех смыслах лице юноши незабываемую улыбку. По карнизу вот уже пол часа отбивает незамысловатый ритм барабанщик-дождь, и его монотонная чечётка убаюкивает утомлённое за день в университете сознание. В распахнутые настежь окна врываются резкие, но не сильные порывы ветра, шуршат занавесками, колышут скатерть на столе и приносят с собою восхитительный аромат дождя. На руку Жужу упала долетевшая до него капля дождя, и юноша недовольно передёрнул плечами. Становилось зябко, и лучше бы прикрыть окна, но так лень выбираться из-под тёплого пледа и вставать с пригретого места на ковре! Даже мысли текли как-то лениво, сумбурно путаясь между собой и ни в какую не желаю складываться во что-то конкретное. Он сам не мог понять, о чём размышляет, глядя на эти тайные фотографии. Может они напоминали ему о доме и невозвратимо ушедшем детстве, проведённом на северо-западе Франции или ещё о чём-то, неуловимо тонком, как аромат роз. Да пойди, разбери, что творится в голове творческого человека, там сам чёрт ногу сломит!
Безмятежную эйфорию от спокойствия прервал внезапный порывистый звонок в дверь. У Жужу аж челюсть свело, словно он прожевал вареный лук, который не переносил даже больше чем лактозу. 
Почему у меня до сих пор нет пульта, который открывает входную дверь… отвечает на звонки, ходит за покупками, стирает вещи и готовит мне обед? Может проще жениться?
Джулиан всё же натянул на лицо прискорбную маску и, бросив на разложенные фотографии плед, пошёл открывать дверь. К сожалению, как он надеялся, это не был разносчик почты, и даже не соседка, забывшая ключи от дома или свою собачку в лифте, который неожиданно застрял. Фотограф даже не взглянул в зрачок, а сразу распахнул дверь, с крайне недовольной миной.
- Че-е-е-его? – Страдальчески протянул он с выражением человека, так внезапно разбуженного несвоевременным звонком. Вот только на последних нотках голос дрогнул и перестроился в вопросительно-изумлённую интонацию.
Конечно же, Жужу помнил его, может, не знал имени, но совершенно определённо припоминал в лицо. Ещё бы. Кажется, этот парень, с гитарой за спиной, его сосед сверху, или снизу, или сбоку? Ну, раз они живут в одной вселенной, значит, его уже можно назвать соседом, хотя бы по планете.
Этого паренька мгновенно уничтожила бы своим чувством всемирной любви и сострадания гипотетическая мать Тереза, а общество по защите животных, а потом и прав человека, отправило бы парня на историческую родину, на Луну например, или в Антарктиду. Иногда Джулиана посещали мысли касаемо национальности своего соседа, но как-то они казались ему глупыми и незначительными на общем фоне. Его хотелось тут же накормить чем-то жутко калорийном, так, чтобы добиться на щеках живой румянец, возобновить блеск в глазах и придать лицу прежней подвижности.
- И-и-и? – Не особо приветливо снова простонал Жужу. О, он  и не пытался показаться гостеприимным хозяином. Юноша до сих пор торчал на пороге, строго охраняя вход в святая святых, плотно прижав, друг к другу домашние тапочки с кислотными мордами бегемотиков. Он готовился ко сну, а потому предстал перед студентом в своей пижаме: блёклой тонкой футболке и шортах, вытащенных откуда-то из задворок своего далёкого детства на теннисных кортах.
- Закончилась соль, сахар, масло, мука? – Жужу оценил взглядом сумки юноши и поспешно спрятался за дверь.
Ну не грабить же он меня пришёл! Да у меня кроме фотоаппарата ничего ценного нет в квартире!

Отредактировано Julian De La Montegne (2009-06-04 23:06:19)

0

4

- Деньги, - честно признался парень, несколько, правда, растерянный и сбитый с толку таким под не самым душевным приёмом. А где хлеб и соль? Народные гулянья? Шарики и плакаты с надписью «Welcome my dear friend!» . Где, чёрт возьми, мэр города и Папа Римский?!
Хочешь, чтобы человек сказал правду, начинай разговор с заранее подготовленным отрицательным ответом. Кейси, конечно, врать не собирался. Но и выдавать с порога, что практически нищий тоже не совсем эстетично. Люди твари жадные, эгоистичные и вредные. Перед тем, как требовать материальную помощь, их сначала следует напоить, надавить на жалость, спеть с ними пару извечных народных песен, так сказать, стать родным братом, а уже после, тактично намекнуть, что с стороны брата, по крепкой дружбе, так сказать, человек мог бы предоставить, ясное дело, исключительно по доброй воли, своему самому родному другу некую материальную помощь. Вот такой подход был бы рациональным.
А если ляпать прямо с порога «мне нужны деньги», то не мудрено, если хозяин тут же захлопнет перед тобой дверь. Деньги такая вещь, что нужны всем и всегда. И делиться ими простые смертные в трезвом уме и добром здравии не намерены. Они, что, дураки что ли, свои кро, правда, всё равно не помогут…[/b]- несколько запоздало, но всё равно вовремя добавил Кейси. Вовремя, потому что дверь перед ним ещё не успели захлопнуть, - Меня выселили. Впусти меня, а? До конца месяца – я как получу зарплату, сразу свалю! – поспешил успокоить хозяина юноша. Когда говоришь точную дату, всегда как-то спокойнее.
- Я сейчас совсем на мели – даже сигареты не могу купить, - это пиво. Это однозначно пиво в нём говорит. Алкоголь всегда действовал на него, развязывал язык и делал вполне сносным малым, правда, творящим глупости, но ведь именно такие люди и нравятся населению голубой планеты?

0

5

После ключевого слова «Деньги» дверь действительно поспешила с радостью хлопнуть перед носом юноши. О, Жужу уже успел распять себя за такую недальновидность! Но что за глупая привычка так доверчиво распахивать дверь в свою квартиру по первому же требованию, а потом удивляться стаду дальних родственников, приехавших погостить в столицу. Обычно это «До конца месяца» затягивалось до конца триместра, пока нервный фотограф, с хроническим недосыпанием, под угрозой расстрела не выкинет шмотки родни с балкона 11 этажа.
Чуть больше двух недель? А я выдержу?
Все предыдущие 19 лет его жизни компанию юноше составляли лишь тараканы и паразиты, ну и отец периодически вырисовывался на горизонте, к счастью для обоих, ненадолго. Что ж, серьёзное испытание для терпения Джулиана. Ему самому стало интересно поспорить со своим Эго.
- Если не найдёшь квартиру до конца недели – я тебя выставлю – Сама порядочность и благородство в лице Монтегне отступила за дверью, вжимаясь в стену и закрыла дверь за гостем. Жужу помог внести сумки, но дальше порога в зал не пошёл и оставил их стоять у шкафа в прихожей. Так положение горе-соседа оставалось более менее хрупким, а собранные вещи намекали на то, что тот может вылететь в любой момент из квартиры, как пробка из бутылки Шампанского.
Это даже выглядело пошло, так, словно Джулиан попал в какое-то зверское реалити-шоу, где ему нужно пройти испытание на прочность в социуме. О, он ведь даже имени этого паренька не помнил, и нужно отметить, что не особо стремился обладать таким бесценным знанием!
Студент показался ему чахлым и каким-то болезненным. Жужу тайком осмотрел его, прикидывая, здоров ли тот. Правда, в том, что с головой у гостя не всё в порядке, хозяин квартиры уже успел убедиться.
Вспомнив про фото снимки, беспечно оставленные на ковре возле дивана, юноша поспешил спрятать их. Он сгрёб кадры вместе с пледом и, оставляя за собой нелепую дорожку из фотографий, оттащил их в свою комнату. Когда же с зачисткой улик было покончено он приблизился к пареньку и протянул ему руку так неуверенно, словно сомневался, стоит ли вообще прикасаться к этому человеку. До сих пор он не вызывал у Джулиана никаких чувств кроме лёгкой жалости, граничившей с безразличием. Но было нечто, что пугало Жужу во взгляде юноши.
Может, я зря так легко согласился  впустить его? Я ведь совсем не знаю ничего о нём и его привычках!
Беловолосый замялся, с протянутой рукой и, не дожидаясь рукопожатия, спрятал ладонь за спину, а сам потупил взгляд.
-Ты можешь курить только на балконе, в остальном, я надеюсь, что тебе не нужно объяснять правила хорошего тона. Кухня и ванная комната в твоём полном распоряжении. – Фотограф кивнул на барную стойку в конце огромного зала, а сам уселся на своё прежнее место на полу

Отредактировано Julian De La Montegne (2009-06-05 00:15:51)

0

6

До момента, когда Кейси полез бы обниматься со своим спасителем, не хватало ещё бутылок двух дешевого пива. Обычно, когда он идёт на физический контакт, он уже пьяный в стельку. А тут, надо полагать, ещё что-то мыслит.
Правда, как оно бывает, мыслит в сторону, где бы достать ещё выпивки. Так что из двух, великодушно предложенными хозяином мест, где он мог хозяйничать, Кейси больше всего понравился бар. Закономерность, господа, закономерность. Сначала алкоголь – потом унитаз. И никто не в обиде. Всё ночь бухать, потом весь день обнимать белого друга.
Будучи пьяным Кейси становился до нельзя раскованным и смешным. Но всё ещё не нуждающимся в компании. Например, он ничего не имел против скорой капитуляции хозяина квартиры. Так даже лучше. Никаких расспросов, мол, откуда ты, как учеба, личная жизнь и бла-бла-бла в таком же духе.
Он разулся и, оттащив гитару в комнату, целенаправленно потопал к бару. У любого музыканта, пусть даже такого, как Кейси имеется пунктик на свой инструмент. И хотя Кейси пианист, а не гитарист, свою гитару он, даже не питая к ней особой любви, бросать в прихожей не собирался. В любой музыкальной школе человек прививают мнение, будто инструмент живой. И от того, как к нему относиться, так он и будет звучать. Бросить же гитару в прихожей, чтоб она там, не дай небо, упала и разбилась, поцарапалась или ещё что-нибудь, вверх кощунства и неуважения.
Это ещё хорошо, что у него не было клавиш.
- Спасибо, - о, дошло. Наконец. Парень стоял, облокотившись на барную стойку и уже меланхолично посасывая светлой дешёвое пиво. Кейси из тех людей, которым всё равно, что пить, курить, где спать, с кем спать, что носить и где жить. Достаточно условные понятия и комфорте. Даже нет, не так. Просто таким людям жизнь особого выбора не даёт, и приходится мириться с теми радостями, что уже имеются.
Да и саму жизнь Кейси делил на «дерьмо» и «ну вот опять». И последнее было лучшим вариантом. Однако, чтобы не произошло, парень умудрялся воспринимать это всё с одинаково кислой миной. Может, надеялся, что тогда судьба перестанет его пинать, убедившись, что ему откровенно всё равно?

0

7

- Всегда пожалуйста – Пробурчал хозяин квартиры с чувством человека, наступившего на любимые грабли своей фантастической мозолью. Видно, юноша страдал от своего мягкосердечия уже не в первый раз и был «несказанно» рад снова вляпаться в одно и тоже дерьмо. Это уже приобретало систематический характер.  Вообще, вся жизнь молодого человека довольно скучна и однообразна, спокойна и размерена, как воды Сены  в особенно жаркое засушливое лето.  Периодически конечно происходят печальные ляпы судьбы, подобно сегодняшнему неожиданному визитёру. Но в общих чертах такие стихийные бедствия заглядывают в мир Джулиан Де Ла Монтегне крайне редко. Во всяком случае Жужу не переживал  сейчас и не терзал себя муками совести. Этот паренёк как бездомный котёнок, поджимающий хвост под чужими дверьми, максимум, что он может это нагадить под коврик и разодрать любимый диван. Всё опять же упирается в материальный вопрос, а так как гость вполне гуманен и даже не животное, договориться с ним будет намного проще. Хотя юноша и сомневался, что сможет взять с этого пройдохи деньги, да и не помышлял об этом.
Беспокойство объяло Жужу значительно позже, и как оказалось уже слишком поздно для того, чтобы что-то можно было изменить. Наблюдая за быстро пьянеющим парнем, Жужу с тоской размышлял о том, что уборную ему придётся вычищать в гордом одиночестве. Посему его настроение в обратной прогрессии стремительно близилось к отметке замерзания луж на улице. Беловолосый недовольно поморщился и нервно передёрнул плечами. Пьяные люди раздражали его ещё больше чем трансвеститы. Не сложно догадаться какой букет чувств Жужу питал к своему Папочке. 
Юноша вот уже битый час бесцельно натирал линзы от своего охрененно крутого фотоаппарата, и впервые в жизни это не приносило ему никакого удовольствия. Как присутствие дурного запаха портит человеку аппетит, так и парень у барной стойки оказывал своё негативное влияние на фотографа.
- Думаю, ты будешь спать здесь. – Джулиан кивнул на диван за своей спиной. Он с сочувствием в бирюзовых глазах попрощался со своими вышитыми неизвестной рукой подушками, что вскоре будут пахнуть пивом, сигаретами и прочей ерундой которую принимает его новый сожитель.
Это временно, всего лишь неудобство. Можно не обращать на него внимания или сделать вид, что его не существует. Но как тогда готовить завтрак на двоих? Предположить, что я сбрендил и кормлю своего воображаемого друга?
- Здесь не очень удобно, но это лучше чем лестничная клетка.
Жужу, у которого случались периодические приступы социофобии, с трудом мог установить контакт с новым человеком, а если тот склонен ко всем отрицательным характеристикам в чёрном списке фотографа, задача и вовсе кажется невыполнимой. Так что Жужу был крайне немногословен, хотя по всем правилам этикета должен был уже провести обзорную экскурсию по квартире, приготовить гостю обед в десять блюд, уложить его спать и даже спеть колыбельную.
«Он мне не нравится» - Было написано у Жужу на лбу. Подобные нахалы всегда вызывали у Жужу смешанные чувства. С одной стороны он завидовал им, достигшим в жизни много, даже не прилагая к этому особых усилий, в этом они восхищали его как редкие, но вредные животные, и раздражали одновременно, впрочем, по тем же причинам.

Отредактировано Julian De La Montegne (2009-06-06 14:34:20)

0

8

- Да мне всё равно, где спать, - Кейси прикончил ещё одну бутылку. Несколько секунд он рассматривал её под разными углами, ища в неё потерянные смыслы жизни. Гладкая золотая поверхность, выгнутое донышко, стильная этикетка и пара капель на самом дне. Если подумать, пиво – привычка. Не самое приятное на вкус, однако, когда привыкаешь, находишь в нём даже положительные стороны.
Да, и ещё от него конкретно сносит башню. Забываешь о своих комплексах и теряешь совесть. В случае же с Кейси, начинаешь жить.
Удивительно, обычно тусклые, холодные глаза, сейчас блестели на бледном лице. Где-то в уголках губ появился намёк на улыбку, а взъерошенные короткие волосы добавляли образу какую-то потерянную некогда живость.
- Ты фотограф, да? Я видел, как ты меня фотографировал. Дашь потом посмотреть? – ему было всё равно. Кейси не из тех людей, что боятся объективов. Ну, фоткают и пуст фоткают. Ему-то что? Так или иначе на фотографии всегда запечатлен другой Кейси, такой, каким его видит человек с фотоаппаратам. И у настоящего Ли, и у того, что остался на фотографии только общая внешность. А вот нутро у них, к сожалению, разное. Ведь сам настоящий Кейси где-то глубоко-глубоко за слоём пофигизма серого цвета. Даже нет, фотографироваться он любил. И присутствовал на всех семейных снимках, безропотно позволял однокурсницам фотографировать его для их «Альбов памяти » и, в общем, ничего против не имел. Он один из тех людей, что не комплектуют по поводу своих снимков. Ему, честно говоря, фиолетово, как он получается. Ему и в жизни фиолетово, красивый он или нет.
Отложив уже полюбившую бутылку, парень спустился к хозяину квартиру. И впервые его действия не были резкими или неловками, никакого пьяного шатания из стороны в сторону. Наоборот, будто алкоголь открыл в нём его самого, того самого лебедя, что скрывал гадкий утёнок. Образно, естественно, выражаясь. До лебедя этому пингвину ещё топать и топать, и топать, как от от Рима до Китая раком.
Он сел напротив него, поразительно близко, даже слишком, бессовестно нарушая чужое личное пространство. Несколько мгновений пытался осмыслить собственные, непонятные ему порывы, а потом бросил это дело и, привстав, подался вперёд. Кейси даже не поцеловал Жужжу, нет. Он, прикрыв глаза и хитро улыбаясь, дышал в губы белобрысого, задевая кончиком носа его щеку и медленно тая от чужого, такого близкого тепла. Как-то так получилось, что дорогой фотоаппарат перекачивал из рук фотографа в руки Ли. И, будь паренёк трезвым, он бы, наверное, уронил бы его и разбил. Но сейчас, он всего мгновенье искал кнопку включения, а потом, перебравшись на колени Жужжу, решительно нажал кнопку, делая первый снимок.
Слишком уж рискованная фотосессия, если задуматься. Кейси тут походил на змея соблазнителя, тощий, бледный с прищуренными, хитрыми тёмными глазами, игриво блестящими из-под ресниц. И Жужжу – сама невинность, то ли рассерженный, то ли удивленный.
Следующий кадр и вовсе после можно использовать как нечто, чем можно шантажировать будущего медика. Упираясь кончиками пальцев в грудь хозяина квартиры, парень, вот уж кто точно сошёл с ума, прикрыв глаза, лизнул блондина в уголок губ, задержавшись всего на мгновенье, чтобы запечатлить момент.

0

9

- Конечно, нет – На полном автомате отозвался автор фотографий. Это были снимки из его частной, если не сказать приватной коллекции, которые никогда не выйдут за пределы этой квартиры и не увидят свет. Любой, взглянувший на подборку однотипных фотографий одного и того же парня просто покрутит пальцем у виска, да и обвинит фотографа в безвкусице. Худосочное костлявое создание, зачастую в нелепых позах и бутылкой пива или сигареты в руках не мог принести эстетическое удовольствие никому, кроме странного фотографа, двинутого по фазе на своей модели.
Ему нравилось, как этот парень ходит, его ломаные движения приводили Джулиана в экстаз, и как же трудно было удержаться! Руки сам тянулись к фотоаппарату, позже, печатали получившиеся кадры. Жужу даже подумать не мог, что они могли быть безвкусными. Для него каждый снимок был переполнен смыслом, происходящим при этом волшебном действе. Но как признаться в этом своём больном увлечении парнем, если он даже заговорить с ним не мог. При чём это распространялось только на соседа снизу. В основном все знают Жужу как милого общительного парня, всегда способного на самопожертвование. Только с коротко стриженым пареньком юноша становился замкнутым и неразговорчивом, будто все его внутренности мгновенно подвергали заморозке.
Прошло несколько долгих минут, пока Жужу уловил смысл сказанного до конца.
- Что? – Воскликнул он коротко и изумлённо. Это был удар ниже пояса. Он то мнил себя просто мастером перевоплощений и самой скрытностью. А вышло что его занятие вовсе не тайное, а очень даже явное.
Джулиан попытался исчезнуть из гостиной и оказаться где-то в другой реальности. Он болезненно зажмурился и вжался в диван. Если бы он только мог, то непременно выпустил иголки как у ёжика или зашипел, прямо в лицо наглому пареньку. Юноша тут же уловил запах пива и скривился ещё больше, отворачиваясь от парня. Да, вот и долгожданный контакт! Подумать только, Жужу даже не пришлось прикладывать усилий для этого, вот только теперь он сам был не рад. Ни тому, что увлекся своей ничего не подозревающей об этом моделью, ни тому, что приютил его у себя. И вот какой монетой он отплатил за гостеприимство!
- Хватит, это не игрушка! – Жужу мог стерпеть пивной привкус на губах от поцелуев, и даже человека на своих коленях, но осквернять его камеру!? Нет прощения этому подлецу! Сжечь и пустить на удобрения для фикусов! Именно об этом помышлял Джулиан. Его бы порядком удивило поведение паренька, если бы он не наблюдал степени его опьянения, и мог рассердиться и вскипеть как чайник, если бы не боялся показать свои эмоции. Фотограф вдруг понял, что, лишившись своего сокровища, он не может пошевелить и пальцем, настолько был велик шок от происходящего. Так что Жужу достаточно долго изображал из себя соляной столб, с мучительной тоской во взгляде наблюдая за своим фотоаппаратом.
- Это не смешно! – Серьёзно подвёл итог беловолосый. – Нет никаких фотографий. Тебе показалось. Я даже как зовут тебя не знаю, и вообще, что ты делаешь у меня на коленях? Брысь! Ты пьян! – Хотя это было досадным упущением, но Жужу при всём желании не мог забрать у него камеру. Стоило ему потянуться вперёд, как он уткнулся кончиком носа   в висок юноши, так же нелепо касаясь тёплой кожи губами.
Как же ему нужно было просто не существовать в этот момент. И без того бледный фотограф стал походить на смерть цветом лица, вместо того чтобы краснеть, он усиленно терял краски. Джулиан потупил взгляд, рассматривая худые до истощения бёдра соседа.
Это совсем плохо, совсем плохо, совсем плохо. Мой инстинкт самосохранения, кажется, выбрал не ту тактику изоляции. 
Монтегне от стыда мог бы сгореть и был бы тому несказанно рад. Он хотел, и оттолкнуть и просто убить пьяного гостя, но гордость фотографа не позволяла поднять руки на свою любимую модель и уничтожить такую безупречную, на его изощренный взгляд красоту.
- Ты псих! – Джулиан снова отвернулся и облизнул пересохшие губы – Если ты не уберёшься, я тебя выставлю. Или это твоя благодарность за то, что я пустил тебя? Лучше бы ты убрал за собой бутылки!
А это ничего что я вознамерился его выгонять, когда даже встать сил нет?

Отредактировано Julian De La Montegne (2009-06-06 16:45:42)

0

10

- Кейси Ли, - отрывисто представился парень. Он совсем охамел, обнаглел и потерял остатки совести. Боги, как ему потом будет стыдно. Нет-нет, он просто сбежит в другую страну, поменяет паспорт и пару раз с разбегу врежется в бетонную стены, чтобы потерять память и начать жизнь с нового листа.
Но это будет только после того, как остатки хмели выветриться из его темной головы. А пока Кейси самозабвенно делал кучу слишком неприличных для незнакомых людей фотографий. Можно подумать, они с Жужу уже несколько лет вместе, а не каких-то полчаса.
- Если будешь хмуриться, не получишься на фотографиях, - в конце концов, у него устала рука. Фотоаппарат был слишком тяжелым для человека, что тяжелее сигареты больше пяти минут не держал. Так что он, не слезая с калений, выпрямился, чтобы посмотреть получившиеся снимки. Ни намёка на художественность или ещё что-то. Однако  фотографии получились самыми настоящими, переполненными желанием и страстью. Откровенной похотью, такое неприличной, как поведение Ли.
  И Кейси на них вышел совсем не такой мёртвый, как обычно. Он улыбался, щурился и игриво водил кончиком языка по очертаниям губ своей белобрысой жертвы.
Иными словами, дорвался. О, что там, парень с белыми и гладкими волосами одним своим недовольным видом умудрялся задевать студента за живое. Кейси готов был стонать только от одних случайных прикосновений. А может, виновато пиво и то, что день не задался с самого утра? Может, всё таки это звезды виноваты, а не хмель?
- Пофотографируй меня, - парень впихнул фотоаппарат обратно в руки хозяина и сверкнул карими глазами. Кажется, идея показалась ему самой, что ни на есть, прекрасной.
А почему нет? Ему же так понравилось быть пойманным в объектив фотокамеры!

0

11

Так уж повелось, фотограф не любит быть запечатлённым в кадре. Это сродни профессиональному унижению, как для любого профессионала мгновенно срабатывает функция сравнения и начинается  мыслительный процесс, переваривающий полученную информацию. После первого же снимка Жужу утвердился во мнении, что фотограф из Кейси куда худший, нежели соблазнитель. Джулиан чувствовал себя неуютно, внешне оставаясь непоколебимым и непоколебимым как танк. Он верил в свои силы и старательно кусал себя за язык, чтобы не запустить его в нахальный ротик парнишки. Теперь искуситель обладал именем, а это было уже слишком много для одного несчастного фотографа. Он бы с радостью стал ловить губы своей любимой модели, если бы был хоть капельку смелее. Все эти игры не вызывали у белобрысого восторг, но интерес – безусловно. Целоваться с парнем? Дьявол, это так соблазнительно! Он бы всё отдал за подобный кадр, при условии, что на снимке не проявится его физиономия.
Привкус пива во рту стал уже родным и не таким отталкивающим. Это не пугало так сильно больше, но до сих пор то, что делает этот парень не вызывает у фотографа подобающей реакции. К тому же, Монтегне рос среди людей, где глава семьи бесстыдно развращает взрослых мужиков и дерёт за это  бешеные деньги. Его благословенный Папочка был бы без ума от счастья, когда узнал, что сын пошёл по его стопам. Иногда Джулиану казалось, что обвенчавший с матерью, его отец преследовал лишь цель  продолжения своего рода, и не более того.
Юноша неуверенно протянул руку и коснулся коротких колючих прядей волос Ли, пропуская их как воду между пальцами. Он расслабленно закрыл глаза и подался вперёд, прижимаясь к Кейси. Теперь фотограф мог смириться, даже если его модель пожелает выдуть цистерну этого вонючего пойла, ведь ему дозволено сделать несколько кадров, а это высшее удовольствие для любого художника остановленных моментов!
С внезапным оживлением Жужу несколько раз кивнул и, схватив парня за тонкое запястье, уверенно потянул в спальню.
- Там освещение… и ..и фон и моя аппаратура… - На ходу бормотал юноша. Он как пуля влетел в свою спальню и довольно бесцеремонно бросил Кейси на толстые перины. Когда дело касается фотографий, Жужу напрочь забывает обо всём на свете и факт своих поцелуев с моделью уже так не шокирует его.
Джулиан поставил фотоаппарат на стойку, а сам подполз к Кейси. В комнате было темно, приглушенный свет лился откуда-то из-под потолка и казался красноватым, отражаясь от стен, выкрашенных в той же гамме. Вокруг импровизированной кровати в хаотичном порядке разбросаны снимки и плёнка, а на самой перине комком свёрнут плед, хранящий все самые ценные достояния юного гения. Удивительно пряный аромат мускуса убивал наповал любые намёки на спиртное, этот маленький рай, созданный руками Джулиана, единственное место, где он чувствует себя «дома». Его персональное солнце – маленькое алое пятно на белом потолке, что контрастирует так же резко, как кровь с молоком служит ему личным светилом.
Жужу только коснулся руками волос Кейси, возвращая их в прежнее положение, и снова пронёсся  по комнате маленьким смерчем, сметая все фотографии, альбомы и сменные аккумуляторы прочь из их теоретической студии. Как умалишенные метались за плечами белые, как снег волосы фотографа, собранные в низкий хвост. Они то и дело падали через плечо и струились по руке, подобно серебристому водопадику. Тогда юноша нервно встряхивал ею и продолжал своё занятие.
Он взял фотоаппарат в руки и вновь подсел к Кейси. Жужу выглядел вдохновлённо и очень решительно, словно в нём, как и в Ли пару минут назад загорелась его личная звёздочка. Как странно, что путеводителям к ней поочерёдно служили друг для друга оба этих парня. И Джулиан смотрел на свою модель с таким немым обожанием, с таким восторгом, сколько едва ли могло вынести любое человеческое создание.
- Разденься – Некоторые фотографы требуют, твёрдо указывая на ошибку, другие деликатно просят, а Жужу просто умолял паренька. Он подался вперёд на четвереньках и доверчиво заглянул Кейси в глаза. Ох, как же легко управлять этим смертным! – Так будет лучше – Под ладонями заскользила атласная ткань по шёлковым простыням, и юноша смешно разъехался по-своему ложе, падая носиком к ногам своей модели. Такой неуклюжий до умиления фотограф едва ли сможет сделать стоящие кадры. Теперь ясно, почему вся его коллекция не заслуживает внимания зрителей.
Всё слишком быстро! Почему мне не нужно уговаривать его несколько часов кряду, выбиваться из сил, чтобы просто сфотографировать хотя бы его спину? Так просто! Где-то здесь должна быть ловушка!
Размышляя о том самом подвохе, Монтегне не замечал, что уже пол часа как вязнет в нём всё глубже и глубже.

0

12

Кейси, послушно стянул с себя футболку и уже начал было расстёгивать ширинку, но остановился, задумчиво кусаю губу.
- Можно я джинсы оставлю? – Он же тощий, как скелет. И ноги у него некрасивые. Мужские ноги вообще редко бывают красивыми, а в случаи с Кейси и вовсе эстетично неприятные, как считал сам юноша. Так что он, забыв застягнуть ширинку, откинулся обратно на подушки, сверху вниз наблюдая за своим фотографом.
Вся обстановка комнаты, его настроение, даже белые волосы хозяина квартиры вгоняли парня в какой-то эстетический, неведомый раньше экстаз. Иными словами, Кейси медленно таил и готов был тут прописаться, лишь бы каждый день проводить в этой комнате, на гладких простынях, под красным кругом на потолке.
Чёрт возьми! Почему у кого-то есть такая спальня, а у него нет?
- Можно я тут буду спать? Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – вот точно, выкинутый котёнок. Ли сложил ладошки и умиляющее взглянул на своего спасителя, пряча улыбку за длинными пальцами.

0

13

Жужу в свою очередь тоже задумался и пришёл к выводу, что костлявые ноги парня лучше чувствовать на себе, чем запечатлить на фотоплёнке.  Он покровительственно кивнул, настраивая аппаратуру, всё ползал и крутился, как заведённый вокруг Кейси. То выбирал лучший ракурс из возможных, то подползал к нему настолько близко, что мог почувствовать горячее сбивчивое дыхание модели. От него всё ещё пахло пивом, но пряный аромат мускуса, царивший в комнате, усыплял чуткий нюх фотографа.
Новый экспонат в его коллекции растёкся по перинам как яичница по сковородке. Джулиан чувствовал, вдыхал его запах и постепенно понимал что, кажется, именно на него у фотографа имелась стойкая аллергия и зависимость одновременно. Он увязал в этом аромате как в трясине, чувствовал, как невидимо оседает он на коже, подобно высокой влажности на вечерних улицах. И эти липкие прикосновения столь двойственно влияли на него, что Жужу и понять не мог, нравится это ему или нет. Казалось, что внутри всё пылает этим зноем, правда, роль пожарника, не была отведена Джулиану судьбой.
Монтегне сделал уже с десяток снимков и просто светился от восторга. Никогда прежде ему не удавалось заполучить столько редких кадры и владеть такой чарующей возможностью руководить своей моделью. Он и раньше фотографировал людей, но чаще всего они даже не догадывались об этом. А сейчас юноша чувствовал несоизмеримое оживление. Ему хотелось творить, крушить и создавать новый мир на обломках старого, если это потребуется. Но его фотографии вызывали подобные чувства лишь у их обладателя. Другие экземпляры, как например самые различные пейзажи, панорамы и портреты, как ни крути, были всего лишь работами начинающего мастера, хотя ему и пророчили успех в будущем.
- Здесь сплю я – Твёрдо заявил юноша. Он измождено опустился на перины, просматривая кадры, сделанные им только что. Все они вызывали живой интерес у обладателя, вот только даже Кейси, едва ли впечатлится ими. – Я хочу распечатать некоторые из них примерно... – Жужу развёл руки в стороны, насколько это позволяла их длина, словно пытался обнять весь воздух в комнате – ...вот таких размеров и повесить здесь. Ты ведь не против, Ли?
Из зала доносились звуки гениальной, до странности, или странной, до гениальности, если угодно, музыки и зычный голос вокалистки безымянно тянул меланхоличные тексты не менее вгоняющей в транс песни. Но здесь, в глубине их маленькой спальни, была только тишина. Джулиан мог продать за неё даже свой фотоаппарат, если цена может быть так высока. Он даже собой так не дорожил как этим чудом техники.
- Я закончил – Время от времени певицу перебивали сладкие раскаты грома, разрывающее пространство комнаты в клочья. Тогда нарушалось привычное спокойствие и всё на мгновение приобретало новые тона. В один из таких моментов Жужу ощутил колоссальное давление и с горечью подумал, что это явление природы единственное, к которому он не привык за 19 лет своей жизни. От громких раскатов волосы на затылке вставали дыбом, а кожа покрывалась зябкими мурашками. – Ты… Ты можешь  одеться. – Юноша перевёл дыхание, и, набираясь сил, взглянул вверх, на алое пятно, что на фоне белого потолка смотрелось как флаг Японии, страны восходящего Солнца. – И идти спать. Ты ведь по ночам работаешь?
Жужу отложил в сторону фотоаппарат и сам закрутился на перине, в поисках одной из десятка любимых подушек, на которой он с готовностью засыпал, даже в самый утомительный от ничегонеделанья день. Фотограф поправил задирающиеся шорты, снял домашние тапочки и босой заполз под тонкую алую простынь.
- Примерно это значит что я тоже устал и ты можешь быть свободен… Спасибо. – Выждав несколько минут, Джулиан снова подобрал своё сокровище и в полной тишине, нарушаемой лишь громом, принялся перелистывать снова и снова сделанные им фотографии. Только сейчас он поймал себя на том, что на тонких губах играет абсолютно бессмысленная улыбка.
Если он сейчас не уйдёт, я сделаю это в его присутствии...

Отредактировано Julian De La Montegne (2009-06-07 00:14:24)

0

14

- Зачем тебе фотографии, когда у тебе имеется оригинал, а? В полный рост, - никуда Кейси не ушёл, ясное дело. Он послушно потоптался у выхода, старательно заставляя себя переступить порог и перекачивать на диван. Но дьявол! Как же ему не хотелось уходить из этого места. Может, будучи трезвым, он бы и ушёл. Но когда в голове хозяйничает хмель, а от одного только запаха из этой комнаты кровь по венам течёт быстрее, ясное дело, Кейси уйти не мог. К тому же он просто не заснет. А если и заснет, пропустит работу, а если пропустит работу, не получит зарплату, а если не получит зарплату, не сможет снять жилье, ну и тогда, понятное дело, придётся Жужжу его прописать. А как по-другому?
Да, конечно, остается в этой квартире навсегда тоже неплохо. Но ведь тогда его спаситель рад не будет? Значит, как ни крути, а Кейси делает лучше для всех.
Пьяная логика, но зато какая действенная!
- Хорошо, ты спи здесь, а я буду спать с тобой, - парень упал рядом, практически сразу вновь принимаясь за излюбленную игру. Он заполз под одеяло и сел на живот к Жужу, задирая тому футболку и переигрывая у него на теле по памяти одну из заученных гармоний. Если закрыть глаза и расслабиться, можно услышать переливающиеся звуки дорогого фортепьяно. На таком инструменте ему довелось играть лишь единожды, выступая в доме музыке на показательном концерте юных талантов. Нет-нет, он и там оказался случайно. Девушка, что должна была представлять их школу, заболела. Так неожиданно и сильно, что никто ничего толком не успел и придумать. Однако программа уже была составлена, билеты проданы, а единственным, кто знал мелодию, что играла девушка, оказался Кейси.
Конечно, призовые места они не заняли. Но мгновенья, когда подушечки пальцев нажимали на гладкие белые и черные клавиши, когда зал наполнялся переливающимися звуками, Кейси запомнил на всю жизнь.
Он никогда никому не говорил, не признавался, что играть, зная, что на тебя смотрит весь зал, но видеть только клавиши, ему чертовски понравился. Не говорил, как сильно эти четыре минуты повлияли на его жизнь. Не признавался, что, скрывшись за занавесом, задыхался от восторга.
Не признавался и никогда не признается, что мечтал бы оказаться на сцене ещё раз. Отдал бы пол жизни, что бы ещё раз прикоснуться к тому инструменты, чтобы ещё раз легким нажатиям порвать кому-то душу.
Но в этой комнате не было место воспоминанием. В голове, затуманенной хмелем, не было сил на такие горькие воспоминания.
Были красные простыни, приторный запах, от которого голова идёт кругом и белобрысый фотограф, чью шею сейчас так самозабвенно ласкает Кейси.

0

15

Если бы кто-то спросил его позже, зачем он это делает – Джулиан бы затруднился с ответом. Он сам не понимал, как неуклюжий худосочный паренёк смог возыметь над ним такую безграничную власть!  Продолжать это «нечто» дальше, безусловно, было опасно для самого фотографа, но эти мысли не посещали его белобрысой головы, а шаловливые прикосновения вовсе не настораживали. Отнюдь, Жужу казалось, будто он ощущал их и раньше, во сне и наяву, в транспорте, когда ехал в мастерскую и когда фотографировал Римские фонтаны в центре города, как будто чей-то осязаемый взгляд сопровождал его всюду. Иногда он мог почувствовать их почти физически, и это было, в сущности, странно для молодого человека. Многие коллеги и художники рассказывали ему о других мирах, астрале, роли подсознания и сознания в жизни современного человека, но всё это казалось Жужу полной чепухой. В его снах оживали фотографии с замершим молодым и сонным Кейси, возвращающимся под утро с работы. И как безумной красоты мелодия, которая сверкала голубым сапфиром или неземным глубоким изумрудом и исчезала, и только воспоминания о ней оставались, туманные и колеблющиеся. Так и Кейси растворялся под утро, оседая липким чувством прошедшего на душе… Теперь же, всё происходило наяву, не прикрытое призрачной плёнкой сновидений.
Жужу сам помог стащить с себя футболку и снова лишил верхней одежды свою модель. Монтегне безропотно позволял руководить, хотя прикидывал, что даже его сил хватит, для того чтобы заломать при желании своего непрошенного гостя и уткнув носом в подушку оставить досыпать остаток дня в гордо одиночестве. Но что-то ему не хотелось причинять парню боль. С другой стороны Ли всего на пару сантиметров ниже и кто знает, такой может оказаться сноровистым, если дело дойдёт до рукоприкладства. Во всяком случае у Жужу не было сил отказывать Кейси, пока что. Никто ведь ещё не умирал от поцелуя? Если исключить из списка обмен микробами, то в общих чертах это является довольно безопасным занятием.
Прогремел гром и взвыла сирена черного Лэнд – Ровера. Жужу вздрогнул от страха и инстинктивно подался вперёд, чтобы сильнее прижаться к парню. Белые волосы давно растрепались и рассыпались серебряными нитями по подушкам под головой. Джулиан откинулся немного назад, подставляя Кейси тело, но пряча от него затуманенный взгляд. Его необязательно знать так много о своём временном сожителе.
Фотографу казалось, что все, что происходит за пределами комнаты нереально, призрачно, соткано из чего-то тонкого, непрочного, нереального и вот-вот развалится как карточные домики на ветру.
Джулиан согнул ноги в коленях, оттолкнулся и перекатился на бок, в этот раз погребая под собой студента. На его красноватое, не то от румянца, не то из-за приглушённого освещения в комнате лицо парня упали белые волосы приютившего его хозяина. Тот наклонился так низко, что не успевал прятать шёлковые пряди за уши, чтобы они не щекотали Ли.
- Ты ведь просто пьян, Кейси? – С некоторой необъяснимой тоской в голосе поинтересовался фотограф.

+1

16

- А это имеет значение?
По сути, это и есть корень проблемы. Он дьяволски пьян, и пиво, разрушительной волной снесла все рамки приличия, открыло выход бесстыдным желанием и поселило в сердце незнакомое раньше чувство уверенности.
Но вот только напивался он, зная о последствиях. И сейчас, будучи не совсем трезвым, ясно понимал всё, что происходит. Да что там, Кейси сооброжал четко и ясно, но на утро всё равно забудет свои сейчас, казалось, такие ясные мотивы.
Будто сейчас и потом – два разных человека. Один решительный и смелый, раскованный, общительный и веселый, другой, впрочем, тот другой настоящий. Как бы прискорбно это не звучало, но измениться без львиной доли спиртного в организм Кейси не мог. Собственных сил для этого не хватало.
Кейси всё ещё не решил, где уютнее, сидя на животе нового друга, или под ним? Второе, конечно, с эстетической точки зрения лучше. Да-да, лежа на атласных простынях, Кейси только сейчас заметил, насколько красив хозяин квартиры.
Красивые люди особо и не привлекали парня. Да и сам он внешности в жизни отдавал чуть ли не последнее место – вот, пожалуйста, у него на работе каждая вторая шлюха – кукла, но, черт, какие же они мерзкие!
А Жужжу сейчас, в этот момент, в этой спальне был просто чертовски красив. У Кейси аж под лопаткой засосало, а по впалому животу пробежались мурашки. Вот странно, но внешность парня произвела на Ли такое влияние, как снисходительный поцелуй Папы Римского на сумасшедшего католика.
Он поднял руку, замирая где-то в паре сантиметров от лицо фотографа. Захотелось застонать, откинуться на подушки и просто медленно умирать от накрывавшего его чувства обожания. Ей-богу, будто верующий Бога увидел. И Кейси сейчас, что странно, был готов поверить в загадочное божество.
- Тебя смущает, что я пьян, да? – ох, сама проницательность в квадрате. Он, будто Жужу был хрустальным, кончиком пальцев провёл по очертанию губ, едва-едва касаясь кожи, по очертанию скул, подхватывая шелковые волосы и пряча их за уши.
Пришлось привстать на локтях, чтобы, обняв парня, пробежаться вдоль спины, прогнуть его в пояснице и, таки не сдержав себя, вновь прильнуть влажными губами к бледной кожи на предплечье. И выше, по шеи, к лицу, к губам.

0

17

- Ну, есть немного – Прошло несколько томительных минут, пока фотограф решил, как он относится к опьянению Кейси. Вернее, не к самому его состоянию, а к  парнишке в целом, со всеми его собранными в кучку недостатками и минусами. Джулиан пришёл к выводу что Ли интересен и симпатичен ему так же, как и прежде, когда он смотрел на удаляющегося прочь от дома быстрой рваной походкой парня. Ничего не изменилось ни после первого поцелуя, ни после первых неловких касаний голой шеи мягкими губами. Жужу в силу своих привычек вёл себя несколько апатично. Бирюзовые глаза без живого блеска разглядывали парня, как изучает жертва своего охотника, запертого в клетку собственных предубеждений. Жужу знал, что они в разных «весовых» категориях и их взгляды на жизнь настолько отличаются, что он был твёрдо уверен, когда Кейси протрезвеет, они не смогут даже запах аромат шампуня друг друга переносить.  Это самую малость огорчало молодого человека. Его придирчивая модель с лёгкостью могла вскружить фотографу голову и в дальнейшем использовать это, но не наоборот. Джулиан смотрел в глаза Кейси,  меланхолично скользил взглядом по резко очерченным скулам и несколько угловатому подбородку, будто видел эти безупречные для него черты лица впервые. Мягкость и нежность рук парня поражала.
Фотограф тряхнул головой как породистый конь, пытаясь убрать с лица непослушные пряди. Результат оказался нулевым и юноша, не выдержав, опустил голову, позволяя пальцам Кейси как гребнем войти под самый рост волос, собрать белые пряди сжатыми между тонких пальцев и провести по всей их длине.
Когда он снова открыл бирюзовые глаза и мир окрасился мягким алым заревом, струящимся с потолка, Ли уже целовал его ключицу и шею.  Снежные волос снова непослушно помешали насладится моментом, хозяин с трудом изловчился и собрав их в ладонь перекинул через одно плечо, затем обнял Ли и снова перекатился вместе с ним, теперь ложась на спину.
От очередного раската грома уже дважды завыла сирена, а юный Монтегне пришёл к выводу, что в ней есть и свои минусы. А в чужой машине их, как известно, вдвое больше. Юноша уже успел несколько раз обложить несчастный транспорт трёхэтажной нелестной характеристикой с подробным описанием умственных отклонений в развитии его хозяина, когда, наконец,  воцарилась тишина.
- Кто знает – Жужу загадочно улыбнулся, опустил белую голову на подушку и прикрыл глаза. Совершенно не отдавая себе отчёт, Джулиан провёл ладонями по простыням, наткнулся на руку Кейси и абсолютно неожиданно сплёл с ним пальцы в крепкий надёжный замок.- Давай, ты ведь хочешь меня? – Юноша шумно выпустил воздух носом. Нет, не получается у него страшно эротическое придыхание  и соблазнительные интонации. И почему в его голосе столько заранее известных страданий?! Он слегка приподнялся, настырно прижался к губам Кейси своими и потянул его за руку вниз. Несколько следующих секунд Жужу смотрел Кейси в глаза, запоминая каждое тёмное пятнышко на радужке, и словно решаясь на затяжной прыжок под воду, никак не мог надышаться свежим воздухом. И всё же фотограф опустил медленно подрагивающие веки и расцепил плотно сжатые до этого зубы, впуская язычок парня.

0

18

- Ты ведь потому будешь жалеть, - это так, рациональное замечание. Сопротивляться настырным поцелуям не было ни сил, ни, тем более, желания, - Не высели меня потом.
Ну вот, кажется, все вопросы обговорены и всё понятно. И если что, это Жужу начал.
Хотя это тоже не правда, в какой-то степени. Напившись Кейси абсолютно безразличен к жизни собственного тела. Кто рядом с ним? Как он тут оказался? Это, несомненно, был огромный минус, ведь так и не мудрено на проблемы нарваться. А уж сколько раз ему приходилось сдавать кровь на ВИЧ, с кма сойти можно! Вот так напьётся, а утром просыпайся в чужой постели со всякими уродами. А после бегай, сдавай кровь.
И ведь парня не напрягало то, что зачастую люди совершенно ему незнакомые. Или, скажем, что он мог получить в подарок смертельный вирус. Что вы, нет. Это напрягало то, что утром надо перенется из незнакомого района на учебу, потом лишний раз контактировать с врачами, и, не дай бог, кто-нибудь из его пьяных друзей просит телефон – телефон-то он даёт, а вот потом приходится менять номер.
Но вот тут эе всё по-другому? Он же живёт с ним. То есть, проснувшись, парню никуда идти не надо будет. И молодой фотограф, пусть Ли у не до конца осознает это вызывает в душе непонятные, странные ощущения.
Кейси уже хотел было продолжить, но вдруг на мгновенье остановился, остранился, заглядывая в глаза блондину, а потом и вовсе падая на него, слушая, как истерично бьётся в груди сердце.
- Мы после будем жалеть. Подлови меня, когда я буду трезв.

0

19

Ещё ощущалось его дыхание на лице и тепло медленно расползалось по щеке к мочке уха фотографа. Тот удивлённо смотрел перед собой, не смея даже моргнуть, словно для его организма было остановлено время. Юноша сглотнул, и этот звук как ему казалось, мог запросто оглушить даже любителя хард-рока, как рёв рвущегося в небо самолёта. Ещё мгновение он изучал ресницы Кейси, похожие на плавники мелкой золотой рыбки, а потом отвернулся, не выдержав тяжёлого молчания. Высокий тонкий стакан, оставленный зачем-то у гипотетического изголовья, который с тем же успехом мог оказаться и в противоположной стороне, ловил на себе мягкий алый свет из лампы, спрятанной под потолком. Через стеклянную призму он казался слегка розоватым, как вечерние закаты над Римом.
- Хорошо – С трудом выдавил фотограф. От напряжения на лбу выступила испарина, и юноша немного нервно стёр её тыльной стороной ладони. Он дождался пока Ли сползёт с него и сел на матрасе. Натянуть на себя обратно футболку дрожащими от волнения пальцами, что совершенно не слушаются нервных импульсов, цепляются за ткань и путаются в рукавах, оказалось задачей не из лёгких.  И всё же он справился с домашней одеждой, даже попал босыми ногами в свои любимые кислотные тапочки, с мягкой подошвой с первого раза. Потом ещё долго сидел, разглядывая свои ноги.
- Может, сходим куда-нибудь? – Наконец предложил Джулиан. Он абсолютно точно мог сказать, как сидит за его спиной Кейси, куда смотрит и с какой частотой бьётся его сердце, насколько секунд задерживается сбитое дыхание и в какие стороны наклонены непослушные тёмные пряди.
Ему стоило просто подобрать свой фотоаппарат, бережно спрятать его на груди тонкими ладонями и с гордо поднятой головой ускакать на неизвестные фотосессию к девушкам в шубах из шиншиллы и липкими от пота жемчужными ожерельями вокруг лебединых шеек. Последнее время, для того чтобы платить баснословные деньги за арендную плату своих апартаментов Жужу приходилось много работать. А для того чтобы получать ещё и хорошие деньги он целыми днями бабочкой порхал вокруг не очень известных моделей, снимая рекламу для таких же посредственных журналов. После съёмок они обычно садились на большие динамики, расставленные в студии по периметру. Девушки курили тонкие сигареты, а Жужу чистил линзы. Потом снова работал, и опять после задыхался от табачного дыма. Но ему нравилась такая жизнь, так он чувствовал себя нужным и от части незаменимым. Впервые ему захотелось изменить что-то в привычном раскладе дня и сделать несколько хороших фотографий для себя и своего знакомого.
Жужу ненавидел высокую влажность. Тогда линзы обязательно потели, и кожа становилась липкой, лоснящейся, к ней мгновенно прилипает тополиный пух и пыль, витающая в воздухе.
- Хотя куда мы пойдём? – Задумчиво продолжил юноша. – Там в любой момент может пойти дождь, слышишь, гроза до сих пор не утихла. – Хотя и время оказалось относительным. Когда Джулиан взглянул на часы он обнаружил что с момента прихода Ли прошло не более часа, тогда как ему показалось в объятиях этого человека словно пролетел уже год.
- Тогда… Мне нужно работать – Джулиан резко поднялся с кровати, да так что когда выпрямился у него, от внезапного подъёма, голова пошла кругом, и захотелось снова приземлиться на низкое ложе. Но, покачнувшись единожды, фотограф собрал в кучу стопки фотографий и, обняв их любовно, потащился на кухню.

0

20

Трудно сказать, какой логикой руководствовался парень. Хотя нет, пьяной, это ясное дело. Никаких намёков на последовательность – голые желания.
Кейси ещё несколько минут повалялся на кровати, а потом, обреченно вздохнув, потащился за хозяином квартиры.
Он думал, что сейчас до вечера сможет заснуть. Но как же! Вместо желанного пьяного и, как известного, крепкого сна парень попадал в какую-то неспокойную дрему. Страсть, как хотелось опять коснуться бледной кожи, снежного шелка волос, заглянуть в удивленные глаза и продолжить начатое.
Жалеть, не жалеть…какая, к черту, разница? Всё равно, когда их трупы буду жрать трупные черви, никто не вспомнит об ошибках молодости. И от этого не будет зависеть, умрут они или нет.
А даже если и будет, то это тоже не важно. Они всё равно умрут, исчезнут. Десятилетием раньше, десятилетием позже. Их, как ни крути, сожрут трупные черви.
Окрыленный суровой правдой жизни, Кейси вышел из комнаты, даже не удосужившись надеть штаны. А ведь по нему не скажешь, что он давно не трезвый, что в тёмной голове нет места разумным, рациональным решением. Конечно, на себя юноша не похож, но кто знает его так хорошо, чтобы говорить о том, где он – он, такой, каким его сделала природа, а где он – порождение хмельной фантазии? То-то и оно, что парень сам не совсем представлял, где он настоящий, а где просто пьяный.
- Жужу, тебе не нужно работать, - Кейси взобрался на барную стойку, протягивая руку и улыбаясь, так многозначительно и откровенно, что все его скрытые намёки стали и без того понятны, - Иди сюда.

0


Вы здесь » [Reallife?] » архив тем » Мастерская Julian De La Montegne