[Reallife?]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [Reallife?] » архив тем » Каморка сами решайте с чем....


Каморка сами решайте с чем....

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

в основном фикрайтерством занимаюсь...еще амв иногда леплю....но видео так и не научилась на фрумах выкладывать Оо

0

2

Название: Memoris. Мемуары экзорциста.
Автор: Фаина_15
Бета: Алекс
Пейринг: Аллен\Лави, Лави\Канда
Саммари: МЕМУАРЫ— литературный жанр, повествование автора о событиях, свидетелем которых он был, переживаниях, с ними связанных, о людях, с которыми он встречался.

Hе новое, а заново, один и об одном
Дорога в мой дом, и для любви  это не место…



Настоящее. Черный Орден.

  Линали Ли. Тридцать четыре года. Экзорцист Черного Ордена, генерал. За свою непродолжительную, как она сама считает, жизнь повидала многое. Она пережила две войны: с Графом Миллениума и с семьей Ноя.
Странно было видеть на, казалось бы, не старой женщине столько седых волос. Но они у нее были. Каждая седая волосинка рассказывала свою историю. Гибель брата, Канды, множество других смертей. Ее биография была равно как богата, так и трагична. Молодые экзорцисты, Искатели, остальные члены Ордена – все безоговорочно – глубоко уважали ее.
Она медленно прогуливается по коридорам Ордена. Мимо проходит Ривер – новый Смотритель. Где-то слышны крики Джонни – нового начальника Научного Отдела.
Вдруг в голову приходит неожиданная идея – сходить в Архив. Она делает крутой разворот на каблуках и идет в сторону лестницы…
В Архиве темно и пыльно. Найти выключатель получается не сразу. Она подходит к документам семнадцатилетней давности. Беглый осмотр папок. Несколько движений и она сидит за небольшим столом. Перед ней три досье. Любовно выведенные братом буквы складываются в имена:

Канда Ю
Аллен Уолкер
Лави (фамилия неизвестна)

Три человека, объединенные одной историей. Историей всепоглощающей любви и страсти. Она открыла папки…

Аллен Уолкер
Национальность: Англичанин
Возраст: около 15 лет
День рождения: неизвестен
Характер: добрый, отзывчивый, вежливый но, тем не менее, имеет тёмную сторону души. Аллен так же является Музыкантом, и  может управлять Ковчегом

Ю Канда
Национальность: Японец
Возраст: 18 лет
День рождения: 6 июня (Близнецы)
Характер: скверный. Его холодное поведение противопоставляется его грубому языку. Во время миссий для него есть только конечная цель и все остальное не важно. Нагрубить кому-либо для него обыденное дело.

Лави
Национальность: неизвестна
Возраст: 18 лет
День рождение: 10 августа (лев)
Характер: верный друг, влюбчив. В трудных ситуациях способен моментально принять нужное решение. Ученик Книгочея.

Прилагаемые характеристики были явно субъективными. Хотя… Это же Комуи…

Она откинулась и назад и начала вспоминать. Но память упорно подкидывала лишь разрозненные куски пазла. Первая встреча Канды и Лави…Отъезд Лави…Появление Аллена Уолкера…Задание… Миранда Лотто…Обморок… Дальше она предпочла не вспоминать. Вместо этого в голову пришла новая идея. Одного давно уже нет в живых. От другого уже много лет нет никаких вестей. Но ведь есть третий! Она до сих пор поддерживает с ним связь. Вот и повод для нового письма!
Она встала со стула, быстро засунула папки на место и пошла в свою комнату. Там достала чистый лист, письменный прибор и начала писать письмо…

Здравствуй, Лави…
Давно не писала тебе. Времени все не было. Ты уж прости меня. В Ордене все хорошо. Джонни опять что-то напортачил в Научном Отделе и целую неделю пришлось наводить порядок. Он ставит какие-то опыты, но, ни Риверу, ни даже мне ничего не говорит! Конспиратор! В целом за эти три месяца ничего не случалось. Я даже иногда скучаю по тому времени, когда шла война… И не надо делать такое страшное лицо! Можешь назвать меня дуррой, но иногда мне хочется хоть на несколько часов вернуться в прошлое… Вот я и подошла, собственно, к основной мысли этого письма. Лави… Черт. Думала - на бумаге будет легче написать, а оказалось, что это так же трудно, как и сказать. Итак. Глубокий вдох… Лави. Прости, если что. Ты вполне можешь послать меня подальше, но… Прошу расскажи полностью историю, которая связывает тебя, Аллена и Канду. Если тебе не станет больно, прошу, расскажи мне все. Твоя Линали

Она положила письмо в конверт, одела плащ и вышла из комнаты…
Ворон, которого Лави подарил ей (по причине того, что Историк постоянно меняет место положения и не имеет постоянного адреса), обнаружился на привычном месте: на носу Привратника! Ли поначалу сильно удивилась такой прихоти птицы. Привратник тоже. Но потом все привыкли.
Женщина привязала письмо к лапе птицы и отпустила в путь. «Теперь надо только дождаться ответа…»

Настоящее. Где-то в Европе.

Ворон настиг его в дороге: Историк направлялся в Испанию. Там разразилось какое-то очередное восстание и Лави было необходимо все это, пусть и в паре предложений, запечатлеть на бумаге. Он отвязал письмо, сунул конверт в карман, дал ворону пару кусков мяса и усадил его на плечо отдыхать...
Через несколько часов Книжник, уже сидя в таверне нужного городка, развернул бледно-желтый пергамент и углубился в изучение размашистого подчерка Ли. Вести об Ордене заставили слегка улыбнуться (он все еще плохо представлял Джонни в роли начальника Научного Отдела), строки о странной ностальгии Линали – укоризненно покачать головой, а вот последние предложения напрягли и моментально унесли к событиям, которые он пометил грифом «Убрать на самую дальнюю полку и забыть о существовании оных».
Он заказал еще один бокал вина и снова перечитал послание. Ничего не предвещавшее в начале, оно пестрило чем-то в конце. Любопытство? Сопереживание? Попытка понять? Или желание в чем-то разобраться?  Рыжему были непонятны мотивы генерала, он не знал, как реагировать и что говорить. «Как она догадалась о моих отношениях с ними? Ну, с Ю все ясно: свидетелей его смерти было достаточно. Но как она узнала про меня и Аллена?» Где-то на окраине сознания послышалось карканье ворона. Лави поднял глаза на птицу и наткнулся на требовательный взгляд.
- Фил, думаешь, стоит рассказать?
Птица уставилась на него.
- А, может быть, ты и прав. Наверное, если расскажу ей, то мне самому легче станет…
В таких размышлениях он провел довольно долгое время, затем засунул письмо в карман куртки, оставил на столике деньги за еду и вино и пошел выполнять свою работу.
Вечером в гостинице Лави сел за стол и, помедлив несколько секунд начал писать письмо. Эта ночь, как и две следующие, будет длинной…

Настоящее. Черный Орден.

Она проснулась от стука в окно. Вернулся ворон. К его лапе был привязан увесистый сверток. «Боже! Бедная птица! Лави, ты садист!» Она впустила Фила в комнату и отвязала сверток. Три плотно исписанных страницы. Генерал не стала медлить и углубилась в чтение.

Воспоминание первое. Коронованный Книжник.

Мы попали в сей мир, как в силок - воробей,
Мы полны беспокойства, надежд и скорбей.
В эту круглую клетку, где нету дверей,
Мы попали с тобой не по воле своей
Омар Хайям




  Нашу первую с ним встречу я помню хорошо: его и Линали привез к нам с наставником Комуи. Ли меня не очень заинтересовала. Нет, я, безусловно, был рад и искренне переживал за нее, но незнакомец, которого доставили с ней, довольно сильно возбудил мой интерес. Когда Панда сказал, что мальчишка очнулся, я тут же пошел утолять свое любопытство.
Из глубины комнаты на меня посмотрело седое и удивленное чудо. Удивленное потому, что вошел я максимально тихо и некоторое время наблюдал за ним. Мне с годами так и не стало понятно – когда возникло то обжигающее чувство. Моя душа утонула в его глазах и упорно не желала всплывать обратно… В тот день я сильно ругал себя за несдержанность. Причина? Позволил себе поцеловать Аллена. Легко, мимолетно, даже не в губы, а потом сразу пошел прочь. Просто вдруг захотелось узнать вкус и запах его кожи. Уолкер несколько раз удивленно хлопнул глазами и пошел следом. Через пару дней меня, Аллена и Канду отправили на задание. Тогда, кстати, впервые задал себе вопрос: почему взгляд у Ю стал таким потухшим, когда он видел нас с Уолкером вместе? В тот момент не придал этому особого значения…
Пока искали «Листок воскрешения», я тайком по ночам изучал его лицо. Пару раз поцеловал и искренне удивился, когда губы однажды раскрылись и позволили поцеловать глубже.
Первый раз мы были вместе, после возвращения. Никогда не забуду тех ощущений!
Дальше отправились на поимку Кросса. Уолкер старательно и методично пытался игнорировать меня, запретил к себе прикасаться, а на вопросы отвечал коротко и односложно. Когда разминулись в горах, я не находил себе места и успокоения: все ли в порядке, не ранен ли, где и когда встретимся… Я думал, что свихнусь. Тогда и понял, что нарушил самое главное правило всех Историков: ни к кому не привязываться. Я полюбил. Наверное, со всей силой и отдачей, на какую был способен. Когда, наконец, встретились – понял, что не один такой: он сжал меня в руках почти до хруста костей и сказал на ухо тихо: «Я люблю тебя»
Самым страшным испытанием стала его «смерть»… Нет. Самым страшным было другое: уже там, на Ковчеге, где я хотел убить Аллена. Мое сознание вышло из под контроля и я не ведал, что творил…
Начало конца? Тогда же, когда начали одерживать верх над Графом. Клоун (Ю теперь, помимо Стручка, звал его еще и Шутом; а я задавал себе вопрос: почему он ненавидит Аллена больше остальных?) все больше окунался головой в сражения, стратегии и планы. Мы все реже виделись. А накануне битвы он и вовсе исчез куда-то, куда – знал только Смотритель. Знал, но молчал. Появился Уолкер уже только во время битвы и с Сердцем в руках…
Вместе с точкой этой войне была поставлена и точка нам с ним, как единому целому. Где-то через неделю, на рождественской вечеринке, он попросил меня для разговора и отвел в сторону, подальше от всех. Отвел, чтобы сказать одну единственную фразу:
- Я ухожу от всех и становлюсь скитальцем
- А я?
- Лави, я же сказал, что ухожу от всех, а значит, и от тебя тоже. Спасибо за встречу и передай мое прощание ребятам, - он холодно отчеканил ответ и ушел прочь.
Не оставалось ничего, кроме как упасть на колени и закрыть лицо руками. В те минуты я четко ощущал на себе чей-то пристальный взгляд, а потом услышал торопливо удаляющиеся шаги…
     Чтобы забыться, практически не покидал библиотеки, зарываясь в работу и забывая о времени, отдыхе или еде. Подносы с обедами, которые Линали любовно оставляла на столе рядом со мной, ей приходилось уносить обратно в нетронутом виде. Мне рассказывали, что иногда ночью, когда все-таки ложился спать, из моей комнаты доносились стоны. Это не были стоны наслаждения… Это были звуки куда более страшные…
Но однажды, в одну такую ночь без сна, в мою дверь кто-то постучал…

Воспоминание второе. Мечник с пером.

Минута. Хрупкий миг добра.
Так скоротечен и так дорог.
Мгновенье, полное тепла.
Воспоминаний сладких ворох…
(неизвестный автор)

С Кандой познакомился в свой первый день в Ордене. Это шоу вряд ли сотрется из моей памяти: ведь тогда я чуть не лишился жизни! Джонни все-таки уговорил меня пойти с ним на примерку, но на полдороги я выяснил, что забыл свою бандану, которую зачем-то снял в столовой. Значила она для меня очень многое, поэтому рванул туда. Но на первом же повороте налетел на что-то и услышал не совсем цензурное слово. Оказалось, что это был один из экзорцистов. Азиатская внешность, длинные волосы, губы, искривленные гневом, черные глаза. Увидев его взгляд, я искренне испугался, что в мире станет на одного потенциального Историка меньше.
- Какого черта ты вытворяешь, кретин?!
- И мне тоже приятно познакомиться. Мое имя - Лави.
- Слезь с меня, - процедил он сквозь зубы.
- А если не слезу?
Азиат вытащил из ножен катану и приложил ее к моему затылку и прижал к коже. На теле почувствовалась теплая струя крови. Это действие было красноречивее любых слов. Только после этого я заметил, что мы распластались на полу, и я нагло прижимаю его к плитке. Сзади послышался звук шагов и через секунду кто-то выбежал из-за поворота.
- О, Господи. Канда, стой! – это была Линали.
Я ухмыльнулся: в хорошеньком же положении она нас застала. Нагибаюсь к парню и говорю так, чтобы слышно было только нам двоим:
- Я запомню твою реакцию на мое тело…
Юноша хмыкнул, будто сказанное только что рыжим наглецом не имело совершенно никакого отношения к нему, однако проступивший на бледной коже румянец говорил об обратном.

…Он разобьется, как хрусталь,
Оставив душу без спасенья.
Но каждый раз, собравшись вдаль,
Ты будешь помнить ТО мгновенье.
(неизвестный автор)

  С того момента прошло довольно много времени. В архивах я нашел его досье и узнал имя азиата: Ю Канда. Потом, сам не знаю – почему, разрешил себе звать японца (а он был именно японцем) по имени. Самурай бесился, но ничего страшного не происходило. Через некоторое время мне пришлось уехать со своим учителем на довольно долгий срок. Пока меня не было, в Орден вступил новый экзорцист – Аллен Уолкер. Линали рассказывала, что они с Кандой сразу не нашли общего языка. Но кто бы сомневался: это же Ю! Так что я не придал этому событию особого значения. Вскоре и новичка отправили на задание, после которого, собственно говоря, мне и довелось с ним познакомиться... Не буду повторяться и рассказывать нашу с ним историю еще раз: сейчас важно не это.
Однажды, вернувшись с миссии, я увидел в глазах Ю какую-то решимость: он явно хотел мне сказать что-то. Хотел, но не сказал. Только сейчас понимаю, что его остановило, вернее – кто…

Слушая шепот и скрип в тишине дальних комнат
Им страшно, и хочется плакать, но плакать навзрыд…
Артюр Рембо

 

Все, что было потом – весьма известная история, которой нашлось место в моей летописи.
Перебросимся на окраину Сирии. Там было последнее сражение, во время которого я закрыл собой Аллена. Самым главным потрясением стало то, Канда защитил собой обоих, когда нас чуть не размазали по земле. Его раны заросли практически моментально, чего не скажешь о нас с Уолкером: мы провалялись в коме добрую неделю до самого Рождества. Что случилось в праздничную ночь, тоже история уже известная.

И шаги его гулко звучат
В коридорах ночной темноты
В отпечатках следов его
Растут полевые цветы…
Васильев «Черный свет Солнца»


Чтобы забыться, практически не покидал библиотеки, зарываясь в работу и забывая о времени, отдыхе или еде. Подносы с обедами, которые Линали любовно оставляла на столе рядом со мной, ей приходилось уносить обратно в нетронутом виде. Мне рассказывали, что иногда ночью, когда все-таки ложился спать, из моей комнаты доносились стоны. Это не были стоны наслаждения… Это были звуки куда более страшные…

Но однажды, в одну такую ночь без сна, в мою дверь кто-то постучал.
- Войдите, - тихий ответ.
Дверь отворилась и вошел тот, кого я ожидал увидеть меньше всего.
- Я думал, что ты спишь, - самурай сел передо мной на корточки.
- Не спится, - удивляюсь сам себе: почему голос настолько хриплый?
Канда посмотрел на меня, встал и… со всего размаху влепил пощечину.
- За что?! – голос тут же прорезался.
-  За то, что ты неисправимый идиот, который живет только прошлым! – глаза Ю горели огнем, который я видел только однажды.
- Но почему?
Самурай фыркнул и обнял меня.
- Потому, что я люблю тебя, усаги. С того самого момента, как приставил Муген к твоему затылку.
По телу разлилось непонятное тепло, руки сами по себе скрестились на его спине, а по щекам потекли слезы. Так и просидели всю ночь.

Мне не понять,
Как можно за мгновенье
Так отдалиться, растворяясь в мгле.
Хочу обнять.
Хочу пройти сквозь тени,
Сквозь боль и страх приблизиться к тебе.
(Неизвестный автор)


Каждую ночь мы оставались вместе. Мое сердце постепенно зажило, и я позволил себе захлебнуться в том тепле, что дарил мне Ю. Не прав был тот, кто сказал, что сердце способно на любовь лишь один раз. Но…
Началась новая война. На этот раз с семьей Ноя. Они собрали остатки сил и решили стереть с лица Земли Черный Орден. В те дни мое внутреннее спокойствие было нарушено: в Орден попросили вернуться Аллена, о чем, собственно, я узнал только по крикам из столовой. Оказалось, что там подрались Ю с Алленом (причину мне потом разъяснила Линали: они дрались из-за меня). Я влетел в столовую и остановил их, едва предотвратив смертоубийство. Канда посмотрел на меня, кивнул и убрал меч в ножны. Я перевел взгляд на Клоуна. Тот хмыкнул и покинул помещение.
  Через неделю на Орден напали Нои и остатки Акум. Битва была долгой. Все устали. Я больше не мог творить печатей, просто давил Акум молотом. Грубо, но эффективно.
В какой-то момент Канда не успел среагировать и, Лулу Белл всадила ему в сердце один из своих хлыстов…

Настоящее. Черный орден.

Женщина просидела в своей комнате, читая письма, до обеда. Генерал несколько раз пробегала глазами по строкам Историка. Такой бури эмоций она не испытывала никогда! Боль, удивление, смятение, радость, смущение, страх, горе, злость - такому списку мог бы позавидовать любой актер! Она поняла, что стала частью чего-то священного и запретного. От этого эмоций становилось еще больше.
Генерал упала на кровать и стала воспоминать… Когда Канда умер, Лави не поверил: он сидел, положив голову Ю на свои колени, и звал самурая. На уговоры он никак не реагировал. Так продлилось несколько часов: потом Лави просто потерял сознание. Аллен… После боя он просто собрался и опять уехал, никому ничего не сказав. На этом и окончилась эпоха Великой Войны, как назвали ее в своих трудах Книгочей и его ученик…
Вырвавшись из воспоминаний, она все-таки привела себя в порядок и спустилась в Архив. Там женщина достала новую папку, вложила в нее письма и подписала:

«Мемуары экзорциста»

Отредактировано Кира Волкова (2009-09-27 21:55:49)

0

3

Кира Волкова
а ты где-нить фики выкладывала еще?
и на дайрах ты есть, нэ?

0

4

Seth Walker
на дайри дневник веду
Фаина_15

0

5

Кира Волкова
это типа я инересовался. ага х)) ибо просто натыкался на данный ник и именно на сей фанф, но не читал. пейринг не любимый. юуллен люблю ^^

0

6

Stephenie Sun
я тоже...но раз общественность просила Оо

0

7

Кира Волкова
тогда другая общественность просит юллен ХД

0

8

Stephenie Sun
я позже выкину юллен))) стоп...там в фике два пейринга Оо какой ТВОЙ нелюбимый??? я просто аллена и лави не люблю...тока лаванду *_*

0

9

Работа довольно старая, могут быть ошибки. Беты у меня тогда не было...

Название: Цветок Лотоса.
Автор: Фаина_15
Пейринг: Аллен\Канда
Саммари: Язычником меня ты не зови,
                 Не называй кумиром божество.
                 Пою я гимны, полные любви,
                 Ему, о нём, и только для него…
                                                  (Уильям Шекспир, «Сонеты»)

Глава 1.

Канда сидел в столовой и доедал собу. Настроение с утра было хуже некуда. Впрочем, как и всегда. Я думаю, что каждый, кто осознает предел своей жизни, вряд ли будет сиять как само Солнце. Вот, если взять Уолкера. Он – другое дело. Вот зашел с сияющей улыбкой, опять заказал кучу еды, поздоровался со всеми и каждым. Вроде бы, как так и надо. Вроде бы, нет войны, не гибнут экзорцисты, а за окном не царит вечная ночь.
У Канды постоянно создается впечатление, что Уолкер на поле боя и Уолкер в жизни – два абсолютно разных человека. Один – быстр, безжалостен и умен. Другой – глуп, неуклюж и смешон. Но оба всегда улыбаются. Оба счастливы.
Ю, сам не сознавая этого, начал подробнее изучать лицо проклятого (прим. автора: ударение на первый слог) парня. Но через пару минут он осек себя. «Что я делаю? Сижу и рассматриваю этого стручка горохового! Нет! Я, видимо, совсем с ума сошел…», самурай трясет головой, стараясь выкинуть из нее мысли о парне со шрамом. От этого он еще больше раздражился. К счастью, есть, где выплеснуть ярость и гнев: по плану, после завтрака стояла тренировка…
__

Лента затянута на глазах, плащ скинут, волосы в тугой косе. Глубокий вдох, длинный выдох. Напрячь слух, не думать ни о чем, сосредоточиться на цели. Услышать каждый звук, каждый шорох или писк. Слиться с лесом. Стать духом чащи.
Птица, шумно слетевшая с ветки дерева, послужила сигналом. Ноги сгибаются и разгибаются, словно пружины. Высокий прыжок. Два резких взмаха катаной. Приземление. Ель, стоявшая перед ним, разваливается на четыре части. Цель достигнута. Ленту можно сорвать с глаз.
__

- 348, 349, 350…
Ловкий соскок со спинки стула. За тем тренировочный бой с чучелом. Отработка новых приемов с использованием Чистой Силы. Теперь можно одеваться и идти к Комуи.
- О, привет Канда! Давно стоишь?
- Только вошел.
- А, ну ладно, - парень делает короткое движение рукой и выходит из зала.
На самом деле, Канда стоял здесь уже довольно долго. Ноги сами собой привели его в зал. Будто знали, где находится Аллен Уолкер. А глаза, наплевав на мнение сознания, изучали каждую черту тела, каждый мускул, каждую линию.
__

Общее собрание в Гостиной. Обсуждали план празднования Хэллоуина. Проблемы научного отдела опять стали предметом горячих споров. Подсчитали статистики проявлений Чистой Силы и атак Акум. Канда, как обычно, сидел с самого краю и снисходительно изучал толпу, потирая при этом висок. Взгляд упал на англичанина. Он сидит на диване и листает какие-то бумаги. Сзади него на спинку оперлась Линали и теребит волосы парня. «Почему я смотрю на него? Почему меня злит, когда его касается Ли…»
__

Канда шел по темному лесу. Сначала он был редким и светлым, но становился все гуще и гуще, темнее и темнее. Как Ю не старался сориентироваться, все-таки заблудился. Но кто-то взял его за руку и повел вперед. В темноте начали проглядываться седая голова и черный плащ. Лес вновь становился все реже и реже. Аллен вел Канду вперед и вперед.
Но, на самой опушке, Уолкер оступился и повис на краю обрыва. Ю схватил его за руку, но ладонь оказалась слишком скользкой и англичанин упал вниз… 

Глава 2.

Ю проснулся весь мокрый. Сердце колотилось, как ненормальное. В голове все еще сидел кошмар. Он не смог удержать Аллена и тот погиб. Слава Богу, что это – всего лишь сон. Юноша встал с кровати, раскрыл окно и вдохнул чуть теплый утренний воздух. Легкий ветерок обволок все тело и стало как-то поспокойней. «Надо выкинуть это из головы! Плевать на Уолкера! Зачем он мне сдался?», подумал Канда. «А то ты сам не знаешь?», дал о себе знать его внутренний голос. «Что я должен знать?», начать препирательство с самим собой показалось единственным верным выходом. «То, что парень тебе не безразличен»,  слышать ехидство внутри себя было просто неприемлемо… Но самым отвратительным было то, что Уолкер, действительно, стал особенным для Канды. «Ты – дурак…» «Чего обзываешься?!» «Я констатирую факт…» Дальнейшее препирательство с самим собой было бессмысленным.
Канда принял душ, оделся и вышел из комнаты. На пороге было принято решение прогуляться до библиотеки. Немного побродив между полками, он наткнулся на огромный синий переплет со следующим заглавием:

«Тысяча сновидений. Рассказы старого путника»

Самурай решил полистать книгу и, наткнувшись на главу «Вдумчивое толкование снов. Рассказ шестнадцатый», углубился в чтение.

Лес – плохой исход дел; густой лес – удовольствие…
Падение – верить лишь самому себе…

Парень фыркнул и сунул книгу назад. Он никогда не верил в подобные вещи.
На завтраке он быстро закончил трапезу и попытался незаметно ретироваться из помещения.
- Привет, Канда! – остаться незамеченным не вышло: перед ним стояла Линали, - Тебя зовет брат.
- Хорошо, иду.
«И почему она стала меня так раздражать?» «Я уже отвечал на этот вопрос…»
__

- О, привет Канда! Как дела? – Комуи был как всегда весел. На его столе стояла дымящаяся кружка с розовым зайцом, а на полу было некуда ступить из-за бумаг. Но самым страшным оказалось то, что на диване перед ним маячила седая голова.
- Итак. В Германии, в городе Кельне наблюдается странное явление. Из докладов Искателей можно сделать вывод, что это Чистая Сила. Так же, там имеет место большое скопление Акум первого и второго уровней. В этих папках, - он протянул документы ребятам, - все подробности. Можете ехать.
- Я бы и сам мог проверить, - рявкнул японец вместо прощания.
  Аллен виновато пожал плечами и поспешил за Кандой.
__

В Кельне, действительно была Чистая Сила. Она соединилась с молодой женщиной и дала возможность той изменять свой облик. Но за эту силу ее назвали ведьмой и сделали объектом постоянных насмешек и обид.
Девушка была несказанно рада, что ее «избавят от этого проклятия». На обратной дороге на экзорцистов напали Акумы. Чтобы скрыться, ребята забежали в старых храм недалеко от дороги. Для более удобного обзора и точного прицела пришлось подняться на колокольню. Одним ударом катаны Ю разрубал трех монстров. Сражения всегда помогали ему отвлечься…
Резкий вскрик с другой стороны колокольни привлек его внимание. Аллен. По всей видимости, демон при взрыве и падении увлек англичанина за собой. Парень висел на парапете и едва держался левой рукой за край. Самурай метнулся к нему и схватил за руку. «Только бы не уронить…» Несколько коротких движений и Уолкер снова на колокольне.
- Спасибо.
«Я не дам тебе упасть. Не в этот раз…»   

Глава 3.

Остаток пути до Ордена прошел более спокойно. Разве что, Анабель подвернула ногу и некоторое время Канда и Аллен были вынуждены нести ее на спине.
Ну, все хорошо, что хорошо кончается. Ребята вернулись домой, отдали девушку на растерзание Комуи и Хевласке и отправились отдыхать. Конечно, отдыхал каждый по-своему: Аллен направился, по его словам, «перекусить», а Канда предпочел медитировать и тренироваться в лесу.
За таким отдыхом они провели остаток дня. Вечером было очередное собрание. На Уолкере в очередной раз повисла Линали. Сейчас Ю сидел на противоположном от них кресле и взглядом убивал китаянку. «Расслабься. Она не знает…», вновь оживился внутренний голос. «Я расслаблен. Просто, МЕНЯ БЕСИТ, что Ли висит на Уолкере!» «Так он уже не гороховый стручок?» «Молчал бы лучше…» «У тебя раздвоение личности…» «Вряд ли» «Это был не вопрос, а диагноз» На этом разговор из серии «Клиника» прекратился. Но, от этого, Линали не перестала висеть на плече седого парня. Самурай не выдержал и постарался с как можно более спокойным выражением лица выйти из Общей Гостиной.
Но эту попытку, к сожалению, а может и к счастью, разгадал обладатель пары зеленых глаз, один из которых был скрыт под повязкой. Эти глаза видели историю, видели людей, видели чувства.
__

«Ну почему я влюбился в Уолкера?! Почему не в Линали? Почему не в Миранду, в конце концов?!» Канда ругал себя весь остаток вечера, а ночью ему приснился очередной сон…

Он стоит перед дверью в комнату Аллена. Хочет постучаться, но дверь отрывается сама собой, освобождая проход в полутемное помещение. Он делает шаг вперед и дверь закрывается. В комнате слышно лишь чье-то прерывистое дыхание. Глаза начинают постепенно привыкать к мраку и перед юношей начинают проглядываться два силуэта. Двое юношей.  Один скользит губами по груди другого. Другой запрокинул голову и запустил руки в длинные иссиня-черные волосы первого. Вдруг тот, что целовал грудь, отрывается от тела любовника и смотрит прямо в глаза Канде. Они сталкиваются взглядами.
- Куда ты смотришь? – спросил парень с седыми волосами.
- Показалось, что здесь кто-то есть…
Седой коснулся его лица ладонью и повернул к себе.
- Ты должен смотреть только на меня.
- Мне больше некуда смотреть, кроме как на тебя…
Комната постепенно растворилась в пространстве, оставляя Ю в давящей темноте…
__

Японец опять проснулся мокрым до нитки. Этот сон был не таким пугающим, как прошлый, но тьма  и ощущение давления в конце оставляли неприятный привкус липкого страха. Он вылез из кровати и пошел в душ. Холодные струи немного отогнали страх. Ю глубоко вдохнул и начал одеваться. Идти завтракать совершенно не хотелось. Но ноги вновь перестали слушать сознание. Канда взял себе стакан чая и уселся за самый дальний стол.
По всей видимости,  Аматэрасу (прим. автора: верховная богиня у японцев) не была к нему благосклонна сегодня: за этот же стол опустились Аллен, Линали, Лави и Крори.
- Привет, Канда! Приятного аппетита, - англичанин приветственно улыбнулся.
- Если бы не ты, стручок, моя трапеза, действительно, была бы приятной, - Канда поднял злобный взгляд на экзорциста и тут же узрел следующую картину: Лави, положив руку на плечо Уолкеру, что-то шептал тому на ухо при этом ехидно смотря на Канду. А, когда Книгочей отодвинулся от парня, тот посмотрел на него и слегка покраснел. «Что за черт?!», Ю приходили в голову самые отвратительные мысли…

- Ты должен смотреть только на меня…

Самурай будто чем-то поперхнулся, встал и стремительно вышел из столовой. Ему не хватало воздуха, а страх, сковывавший утром, возвращался. Он оперся на парапет и опустил голову на руки.
- На что ты та бурно отреагировал?
Лави. Он стоял где-то справа. Хотелось достать Муген и снести наглецу голову.
- Какое тебе дело?
- Можно вопрос?
Тишина в ответ.
- Кто для тебя Аллен?
- Это не твое дело.
- Да, не мое. Но скажу тебе одну вещь. Ты единственный знаешь истинную длину моей жизни. За это время я повидал многое. Я догадываюсь, какого рода чувства ты испытываешь к Аллену. Так вот: клинок не всегда заточен с одной стороны.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Только то, что ты должен сделать попытку заглянуть в его сердце.
- Хм… А зачем был тот спектакль в столовой?
- Хотел проверить свое предположение. Подумай над моими словами, Ю. Подумай….

     Два человека. Две святые тайны.
И две судьбы, у каждого своя.
А вот сегодня сблизились случайно
По милости закона бытия.

Два легких взгляда: робость и презренье.
Но только мысли так похожи их.
Здесь слов не нужно. Сердца откровенье
Уже давно решило за двоих
     
 

Глава 4.

Разговор с Лави дал Канде какое-то новое чувство, которое он никогда раньше не испытывал. Это была смесь радости, счастья, удовольствия и надежды. Книгочей дал явно понять, что его чувства могут оказаться взаимными! Надо узнать, что на самом деле думает Уолкер. Но как? Нужен предлог, чтобы остаться наедине...
Такой предлог сразу нашелся. Помощь пришла от куда не ждали.
- Канда! Мне нужна твоя помощь, - Линали выглядела взволнованной, - Можешь выполнить мою просьбу?
- Какую?
- Меня попросили помочь в Научном Отделе, а брат попросил сходить в город и забрать посылку для него. В общем, я хочу, чтобы ты забрал посылку вместо меня. А чтобы тебе не было скучно, я попросила Аллена составить тебе компанию. Хорошо?
- Ладно. Но только ради тебя.
- Спасибо! – девушка улыбнулась и умчалась прочь.
__

Они возвращались с почты. За все время дороги ни Канда, ни Аллен не обмолвились ни словом. Это молчание убивало. Наконец, Уолкер решил взять на себя инициативу:
- О чем задумался?
- Тебе такие вещи вряд ли интересны.
- Нуу, проверь меня.
- Я прочитал одну книгу и размышляю над ее сюжетом.
- И о чем же она?
- О любви. Юноша испытывает чувства к принцессе, но боится объясниться с ней, так как думает, что она осмеет его.
- Интересно. Ну и чем же закончилась эта история?
- Я ее еще не дочитал. Сейчас читаю момент, где он говорит о своих чувствах.
- Дашь потом почитать?
- Хорошо.
Канда едва заметно кивнул, вновь возобновилось молчание. Понял ли Аллен его намек? Если понял - что ответит?
__

Он идет по коридору Ордена. Опять перед ним дверь Уолкера. Хочется зайти, но нету сил повернуть дверную ручку. Вместо этого Ю просто стучит в дверь, надеясь, что в комнате никого нет. Но с той стороны слышится тихое «Войдите». Рука кажется свинцовой, но дверь открыть надо. Он заходит в комнату и видит: жуткий бардак, на полу всюду обломки вещей, обрывки книг и картин. У открытого окна, спиной к японцу, стоял Аллен. Ю тихонько окликнул его. Англичанин начал медленно поворачиваться.
- Зачем? Зачем ты сказал мне это?
Глаза Канды расширились от испуга: Аллен плакал, его кисти разрезали ссадины, по щеке текла струйка крови.
- О чем ты?
- Зачем ты сказал мне это?
- Аллен! Я не понимаю! О чем ты говоришь?
Уолкер начал медленно идти к нему. На подоконнике за его спиной мелькнул образ ухмыляющегося Лави. Ю начал отступать назад, но наткнулся на стену. Двери не было. Проклятый все надвигался на него. Вот он преобразовал левую руку. Вот еще шаг. Расстояние стало удобным для атаки. Он заносит руку для удара. Самурая охватывает ужас. Англичанин бьет и Канда отлетает к соседней стене.
- Зачем ты сказал мне это…
__

Резкий вдох и Канда подскакивает на кровати. Опять кошмар. Он зарывает пальцы в волосы и опускает голову на согнутые колени. Одышка постепенно проходит. Нет. Эти сны его доконают. Японец начинает прислушиваться к окружающим звукам: легкий ветерок, кузнечики, отдаленный говор, сопение… Стоп! Сопение? Юноша начал осматривать комнату. Когда его глаза опустились на край кровати…
- Уолкер?!
Парень сидел на полу, положив голову на руки, и спал. От вскрика Канды он тут же проснулся и уставился на Ю.
- Что ты здесь делаешь?
Вместо ответа Аллен опрокинул японца на спину и навис сверху.
- Я дочитал твою книгу и могу сказать, какой там конец.
- Какой же?
- Вот такой, - он наклонился к его губам и поцеловал.
- Где гарантия, что ты не сон?
Англичанин взял руку японца и поднес к своей шее.
- Чувствуешь пульс? Я настоящий. Теперь ты будешь смотреть не сны. Теперь ты будешь смотреть на меня.
- Хорошо. Такой конец книги меня устраивает…
Самурай хотел еще что-то добавить, но его слова потонули в глубоком поцелуе…
   


Название: Цветок Лотоса. Ковчег желаний.
Автор: Фаина_15
Пейринг: Аллен\Канда
Саммари: истинное желание Аллена
Заметка: можно считать спешлом

У каждого свой ад.
Вергилий



- Я хочу, чтобы все вернулись!
Голос Уолкера настолько громок, что передатчик Кросса пронзают помехи. Пальцы сами по себе скользят по фортепьяно. Губы сами по себе произносят слова песни. «Ребята! Я хочу, чтобы вы жили!», судорожное повторение желания.
Ковчег начинает восстанавливаться. Вот уже башня возвышается над городом, а Лави и Чаоджи приходят в себя. Вот комната с Железной Девой и Крори, сжимающий в руке алую розу. Вот коридор с игральным столом и кучей бутылок. Вот комната, в которой идет снег, а Канда открывает глаза…
__

- Надо осмотреться. А то, вдруг здесь остались еще Нои.
- Впервые кролик сказал что-то дельное.
- Ю! Что ты такой озлобленный?
- Не. Смей. Называть. Меня. По. Имени.
Лави пожал плечами и пошел прочь из Тайной комнаты Четырнадцатого. За ним последовали и остальные. Пока шли по городу, Аллен тихонько сжал руку Канды и увлек его в проем между домами.
- Что ты творишь? Ребята же сейчас нас потеряют!
- Мне наплевать, - Аллен обнимает самурая и утыкается носом ему в грудь, - я испугался. Подумал, что больше не увижу тебя.
- Идиот. Я же сказал, что догоню вас, - в горле Ю встает ком. Главное – не лить слез. Он сам испугался, что больше не сможет смотреть в эти глаза цвета дождливого неба, не вдохнет запаха этих волос, не почувствует вкуса этой кожи. От повторного осознания всего этого стало не по себе. Руки обвили тело любовника, нос уткнулся в шею.
- Если честно, то я тоже испугался. Испугался, что потерял тебя.
На голой груди почувствовался поток слез. Аллен плакал. «Насколько же был силен его испуг?» Он поднял лицо англичанина за подбородок и заглянул в стальные глаза.
- Слезы – это глупо. Я же не умер. Я здесь. Я смотрю на тебя, - успокоил юношу самурай и губами собрал соленые капли с его лица.
- Эй, ребята! Где вы? Мы так никогда от сюда не выберемся! – надрывал голос Лави.
- Мы идем, - Аллен нехотя оторвался от Ю и пошел в сторону доносившегося голоса.
- Мояши! – первоначальное оскорбление уже давно потеряло свой смысл, - Сыграешь для меня потом?
- Я и сейчас играл для тебя. Ты – мое единственное желание…   

Глава 5.

«Нет. Зарекся же не играть с им в карты! Теперь буду целый день ходить как непонятно кто!», бесновался Ю. И, ведь, была же причина: он сел играть в карты с Алленом и, естественно, продул. Теперь пришлось исполнять желание победителя: заплести волосы в косу, вплести туда ленту, завязать внизу бант и ходить так целый день.

- Я хочу взглянуть на тебя в таком виде. Наверняка ты будешь очень мил…

Лично я считаю, что желание было вполне невинно. Но, с другой стороны, это же Канда! «Заметь! Ты сам сел с ним играть. Никто тебя не принуждал!», в такие моменты Ю ненавидел свой внутренний голос. «Ну да. Не принуждал. А просто сел сверху и немного поерзал. Сделав при этом невинный взгляд!» «Безвольный ты человек, Канда Ю…» «Заткнись»
__

Канда Ю и Аллен Уолкер были вместе уже около пары недель. Может, чуть больше. Об их отношениях знал только Лави, который клятвенно пообещал обо всем молчать. Ребята не хотели, что бы об это кто-то знал. А Канда был просто благодарен младшему Книгочею. Если бы не его слова, он, наверное, никогда бы не решился на подобные шаги. В этой ситуации он больше всего боялся, что Уолкер возненавидит его и оттолкнет как можно дальше. Но случилось совсем наоборот: англичанин сам пришел к нему. Той ночи Ю не забудет никогда…

- Чувствуешь пульс? Я настоящий. Теперь ты будешь смотреть не сны. Теперь ты будешь смотреть на меня.
- Хорошо. Такой конец книги меня устраивает…
Самурай хотел еще что-то добавить, но его слова потонули в глубоком поцелуе. Руки начали судорожно бродить по телам. Канда расстегнул рубашку Аллена и принялся изучать такое желанное тело. Сколько раз он видел его: на тренировках, во время перевязок, в душе. Все это время он и не подозревал, что кожа может быть такой нежной, хоть и кое-где изрезанной шрамами. Уолкеру было проще: Канда имел привычку спать только в пижамных штанах, которые, впрочем, тоже отлетели в сторону. Ю сделал быстрое движение и оказался над Алленом.
- Ты великолепен.
- Ты тоже, - англичанин обвивает руками шею японца и притягивает к себе, - сколько раз я наблюдал за твоими тренировками… И всякий раз упрекал себя за то, что не могу прикоснуться к тебе.
«Как и я!», изумился про себя Ю. «Но почему я ни разу не видел его?»
- Так вот он я. Я весь перед тобой. Возьми меня без остатка.
- Я возьму только твое сердце и заменю его своим.
- Довольно странное желание, - съехидничал японец.
- Нет. Все просто: если ты умрешь, то умру и я…
- И наоборот, - Канда снова припал к его губам, потом стал спускаться к шее, к груди, к животу… Аллен стонал и извивался под ним и это еще больше заводило японца…

С того самого момента Уолкер оставался в комнате Канды каждую ночь. Страсть, так легко возникшая между ними, не угасала ни на секунду. Казалось, еще чуть-чуть и она перерастет в одержимость. Но этой грани, по обоюдному немому согласию, они не переступали.
Первой изменения в отношениях ребят заметила Линали. Но из-за незнания всей ситуации, а, может, и благодаря этому, сочла, что ребята наконец преодолели свои разногласия и сблизились. Нуу, в чем-то она была права. Об этом тут же донесли Лави, Крори и Комуи. Двое последних искренне удивились этому событию. Лави загадочно улыбнулся…
__

- В твоих глазах наконец-то загорелся тот огонь, который я увидел при первой нашей встрече. Правда тогда я видел оттенок ярости, боли и смерти.
- А сейчас что ты видишь?
- Счастье и жизнь.
Лави и Канда сидели на опушке леса и смотрели в небо. Раньше, когда они только познакомились, ребята делала так все время. Сейчас, в силу различных обстоятельств, так удавалось делать крайне редко.
- Линали говорила, что жутко за тебя рада. Ведь «Канда и Аллен-кун наконец-то нашли общий язык», - Лави подражал голосу и манерам девушки, - Кстати, милая косичка. Тебе идет. Дай угадаю. Опять проигрался в карты?
- Бинго.
- Так и знал. Только, что-то бедная фантазия у твоего Аллена. Если я выиграю у твоего Аллена в карты, то пожелаю…
Договорить он не успел, так как ощутил на шее холод Мугена.
- Что ты там говорил? – Канда сделал мягкое лицо и вопросительно поднял брови.
- Уже ничего.
- Вот так-то, - уже более жестким голосом сказал японец.
- Хм, - Лави откинулся к дереву и потер шею.
- Ну так что же Книгочей думает по всему этому поводу?
- Как историк, скажу тебе: мир рождается из войн, но проверяется любовью. Всякая истина может стать ересью. Всякая любовь может обратиться в пепел.
- А как друг?
- Я рад, что ты нашел причину сражаться. Что теперь твоя цель – сражаться, выжить и вернуться домой. А раньше ты сражался, чтобы найти того человека.
- Его я найду в любом случае.
- Не спорю. Ладно, - рыжий встал с земли и потянулся, - Пойду, пожалуй, а то Панда надает подзатыльников.
- Иди.
- Увидимся, - Лави махнул рукой и пошел в сторону здания Ордена.
   Ю отклонился назад и прикрыл глаза. Ему нравилось иногда посидеть так. Самурай узе начал дремать, когда услышал голос у себя над ухом:
- Канда, ты спишь?
Аллен. Он сидел напротив и смотрел на лицо самурая.
- Нет. Просто думаю. Как ты нашел меня?
- Лави сказал, - он замялся и полез в карман плаща, - Знаешь, может это и глупо, но я хочу подарить тебе это, - Уолкер протянул Канде небольшой сверток.
- Что это?
- Взгляни.
Канда развернул сверток, и на его губах появилась легкая улыбка. Из ладоней смотрел кулон в виде цветка лотоса.
- Проходил мимо и решил, что это тебе подойдет.
- Спасибо, - Канда притянул к себе Аллена и поцеловал, - Спасибо.
Англичанин помог ему надеть украшение, и они отправились в здание Ордена. «Да, Лави, ты был прав. Причина сражаться теперь совсем другая…»

   Глава 6.

На следующее утро Лави, Канда и Крори получили задание. Им надо было отправиться в Италию. Искатели, вернувшиеся от туда, рассказали о некой женщине, которая, якобы, может излечить любую болезнь. С этими же Искателями вернулась и Анабель. У нее не было никаких внутренних или внешних повреждений. Она повторяла только одну фразу: «Не верьте ей. Не верьте ей…» А на вопрос «Кому «ей»?», отвечала: «Девочке с зонтиком» Ребята переглянулись.
- Есть возможность, что это одна из Ноей.
- Тогда, тем более, нужно ехать, - Комуи поправил очки и раздал ребятам папки с документами.
Когда экзорцисты выходили из здания Ордена, Канда краем глаза заметил обеспокоенного Аллена. «Он уже имел дело с семьей Ноя. Он знает, каково это…» Ю успокаивающе кивнул головой, говоря «Все будет хорошо». Уолкер ответно мотнул головой, отвечая «Я верю…»Троица вышла за ворота и через несколько минут скрылась в лесу…
__

Дорога до Италии была довольно неспокойной. Чем ближе они подъезжали к назначенному месту, тем больше было Акум. Но, ко всеобщему удивлению, в самом городе все было тихо и спокойно.
Ребята без труда отыскали нужный дом. Женщина, которую им было приказано найти, оказалась худой и бледной, но довольно бойкой старушкой. Она без колебаний согласилась уехать с ребятами, но только с одним условием.
- С каким же?
- Мне нужна пара дней, чтобы закончить здесь все свои дела.
- Хорошо. Но не больше.
- Мне больше и не потребуется, молодой человек.
Чтобы скоротать время, ребята отправились в город, на местный базар. Лави и Крори останавливались у каждой стойки и рассматривали всякие безделушки. Канде оставалось только фыркать. Возле очередной стойки, на этот раз с талисманами, к Канде подошла пожилая женщина и сказала:
- Я вижу тьму в твоем сердце. Ты хочешь найти что-то или кого-то, но это от тебя постоянно ускользает.
- Я это и без вас знаю.
- Я могу помочь.
- И как?
- В заброшенном доме на окраине деревни живет человек, который видит все, что только пожелать можно. Он может показать тебе дорогу.
Слова женщины заинтриговали самурая и он, хоть и подозревая, что это может вполне стать ловушкой, решил сходить к указанному дому.
Строение оказалось весьма не пригодным для жилья. «Так и знал, что это какая-то шутка», подумал Канда, но все-таки решил зайти. В доме не было даже мебели.
- Хи-хи-хи, - пронеслось мимо него, - Экзорцист…цист…цист
«Акума?», рука автоматически сомкнулась на Мугене. Когда глаза привыкли к полумраку, он разглядел перед собой силуэт маленькой девочки с большим розовым зонтиком. «Не верьте девочке с зонтиком», всплыло в памяти юноши. Девочка медленно развернулась и посмотрела на него. Темная кожа, стигматы на лбу…
- Ты Ной?
- Меня зовут Роад. Честно говоря, я подумала, что, заслышав обо мне, сюда примчится Аллен. Я так хотела его увидеть, поболтать с ним. Грустно. Нуу, раз это ты, то я тебя просто убью.
Вокруг него сомкнулось тьма. Под ногами заструилась вода. Перед ним, на невысоком камне, стояла Роад.
- Я разрублю тебя напополам.
- Не выйдет. Ты попал в мой Мир Мечты. Здесь твое оружие бессильно. Давай лучше прогуляемся. Согласен?
- К чему ты клонишь?
- К прогулке. Скажем, в твое прошлое…
Она щелкнула пальцами и обстановка вокруг сменилась. Самое страшное, что она была знакома Канде до ноющей боли в груди. Ночь, деревенский домик со скудной обстановкой, которая сейчас больше похожа на последствия урагана, на стене пятна крови. У окна, спиной к самураю и Камелот, сидит высокий парень с длинными волосами и в форме экзорциста. На его руках: окровавленное тело девушки. Юноша гладит ее по волосам и что-то тихо шепчет.
- Когда предают друзья, это всегда больно. Да, Канда?
- От куда ты знаешь? -  Ю старался быть спокойным, но ему стало не по себе. Об этой ночи он никому не рассказывал. «Йоко», проговорил он имя про себя.
- Ты убедился, что нельзя заводить друзей и нельзя никого любить? Друзья предадут, любимые воткнут нож в спину. В том, что случилось, виноват только ты один. Ты должен был послушаться совета своего отца и не заводить друзей.
- Замолчи, - острый ледяной голос.
- Хорошо, я помолчу. Просто тихо покажу тебе кое-что…
Она еще раз щелкнула пальцами и обстановка сменилась. Теперь перед ним тот же домик, но он без бардака и в нем никого нет. Снаружи послышался крик. Самурай обернулся и увидел как в дом вбегает девушка, а следом за ней – парень. «Хитоши», ярость в мыслях обожгла тело. Парень прижимает ее к стене и начинает грубо бродить руками по ее телу.
- Не трогай ее! – Канда кидается к парню и пытается оттолкнуть парня от девушки, но его руки проходят сквозь тела.
- Не выйдет. Ты можешь только наблюдать.
Канда обреченно шагнул назад. А другой парень продолжал домогаться до девушки. Та отчаянно сопротивлялась и кричала.
- Почему не я? Почему он? Что он даст тебе? Он не видит ничего, кроме своей катаны. Он даже младше тебя! Я лучше этого мальчишки.
- Отстань от меня, Хитоши! Ты мне неприятен! Ю!  Где ты, Ю?! Ю!
- Не зови его - он тебя не услышит!
Хитоши опрокинул девушку на пол и начал рвать на ней одежду. Канда опустился на колени.
- Хватит! Перестань!
- Зачем? Веселье только начинается.
- Хватит! – руки Канды начали трястись, - Йоко…
Девушка отчаянно сопротивлялась, пыталась вырваться из «объятий». Хитоши, по всей видимости, это стало надоедать и он вытащил кинжал и приставил его к горлу девушки.
- Заткнись и дай мне закончить!
- Ю! Ю! Где ты? Пожалуйста, Ю!
- Заткнись! Ты меня достала! – парень замахивается и протыкает девушке тело в месте чуть ниже груди. Девушка кричит и теряет сознание. Парень, от шока, выбегает на улицу и скрывается в лесу. Через минуту в комнату вбегает Канда, только с более юношеским лицом. Взрослый Канда поднимает на него обреченный взгляд, говорящий «Уже слишком поздно, идиот…»
- Йоко! – он подлетает к девушке и бережно кладет ее голову себе на колени, - Кто?
- Ю, - легкое касание окровавленной ладонью лица, - Мне грустно. Кто же будет готовить тебе собу?
- Дурочка. Не говори ничего. Сейчас я перевяжу тебе раны и все будет хорошо.
- Не надо. Мне уже не больно. Я люблю тебя, малыш. Жаль, что ты не можешь ответить мне тем же. Я надеюсь, что ты найдешь свою настоящую половинку… - неглубокий судорожный вдох, такой же выдох и девушка закрывает глаза. Самурай склоняется над девушкой и замирает…
- Какая милая история, - усмехается Роад и вся обстановка вновь сменяется на старый заброшенный дом где-то в Италии, - Ну ладно. Я пошла. Удачи, - за ее спиной появляется дверь и старшая из Ноев скрывается за ней.
Канда так же неподвижно сидит на полу и смотрит на свои руки. Пережитое еще раз самое страшное событие жизни лишает способности двигаться. Он запускает пальцы в волосы и зажмуривает глаза.
- Ю, где ты? – голос Лави в големе, - Ю!
- Лави, - хриплый ответ.
- Ю! Где ты?
- На окраине деревни, - единственное, на что хватает сил и японец теряет сознание… 

Глава 7.

Лави довольно быстро нашел нужный дом. Пользуясь способностями Книгочея, или же собственным чутьем… Не понятно. Когда они с Крори вошли в дом, то на него обрушилась аура смерти и страха. Простое заброшенное здание не могла отдавать таким духом. Здесь случилось что-то не из приятных. Юноша четко это осознавал.
Канду нашли на втором этаже. Крори взвалил его на плечо.
- Пойдем от сюда поскорей, - Лави настороженно огляделся по сторонам и последовал за вампиром прочь из неприятного здания.
На следующий день они покинули и город.
__

Канда пришел в сознание лишь на обратном пути. Когда они сидели в поезде. Он был один в купе, лежал на сидениях. Голова невыносимо болела. Тело было как ватное. Он смутно помнил, что случилось. А когда события восстановились в единую картину, он, не удержавшись в сидячем положении, откинулся назад и уперся спиной в окно купе. Рука автоматически подлетела ко рту.
Дверца купе отъехала в сторону и вошел Лави. «Враг! Враг!», раздалось в голове.
- О, ты очнулся! Как самочувствие?
Рука выхватывает Муген и конец острия касается горла рыжего парня.
- Пошел прочь, - спокойный ровный голос, ярость в глазах и ни намека на колебание в руке, сжимающей клинок. Этого Лави боялся более всего. Он уже видел эту маску на этом человеке. Тогда, пять лет назад. Он знал, что лучшее, чем он может помочь самураю – это послушаться и выйти из купе.
__

В Ордене Книгочея ждало испытание посложнее, чем происшествие в поезде. Аллен. Он вышел встречать ребят прямо за ворота. Лави ускорил шаг, дабы предотвратить сильный удар по англичанину.
- Аллен. Канда сейчас не в лучшем состоянии. У него случилась небольшая стычка с семьей Ноя.
- Что? – Аллен рванул к Ю.
Рыжий пытался его задержать, но не успел.
- Канда? Что случилось? С тобой все в порядке? – он попытался коснуться любовника.
«Враг! Враг!», внутренний голос сошел с ума и отдавал телу безумные команды. Японец отталкивает Уолкера и проходит дальше.
- Пошел прочь и не прикасайся ко мне.
Самурай вошел в ворота Ордена. За ним проследовал и озадаченный Крори.
Аллен продолжал неподвижно стоять и наблюдать за самураем.
- Аллен, - тихонько позвал Книгочей.
- Что с ним?
- Это трудно объяснить.
- Так попытайся.
- Дай мне сначала отдохнуть немного. Потом, обещаю, я все расскажу тебе. Хорошо?
- Ладно.
__

Он снова стоит перед дверью. Он не понимает – что это за дверь, но все же заходит в нее. Двое любовников. Один лежит на животе. Второй навис над ним и водит языком по спине. Слышны стоны и мольбы о чем-то большем. «Сейчас ты все получишь», ласковый шепот над самым ухом. «Прошу, сделай это… Аллен… Я больше не могу…», сбивчивый ответ. «Сейчас, Ю… Сейчас ты получишь все», рука тянется куда-то вдаль. Стоящий возле кровати задерживает дыхание. Аллен поднимает руку. В ней кинжал. Хочется кинуться и остановить все это, но ноги не слушают. Резкий взмах и оружие в спине лежащего на животе Канды Ю. Аллен поднимает глаза на того, кто стоит рядом. Это уже не Аллен, а Роад Камелот.
- Ной?
- Нет.
Это уже не Роад, а Хитоши.
- Что за…
- Тебя разве не учили, что все люди – твои враги? – злобный оскал.
Хочется убежать, но ноги прилипли к полу. Кто-то обнимает. Йоко.
- Зачем ты так поступил? Вот итог – я мертва. Зачем, Ю?
Судорожное мотание головой. Руки в волосах. Истошный крик…

Глава 8.

  После завтрака Аллен подошел к Лави.
- Ты обещал рассказать, что случилось.
  Книгочей посмотрел на парня и отшатнулся: уставший вид, лицо, по цвету схожее с волосами, красные глаза. «У него явно была трудная ночь… Впрочем, как и у Ю», подумал рыжий. С утра он зашел к японцу, узнать как у того дела и самочувствие. Самураю можно было не отвечать. Его вид был красноречивее любых слов: бледный, как бумага юноша, намертво вцепившись в кровать, сидел на скомканном одеяле.

- Ю! Что с тобой?
- Приснился кошмар.
- Что там случилось?
- Меня столкнули с моим прошлым. Точнее – с событиями пятилетней давности, - сухой безжизненный голос.
- Аллен за тебя очень переживает. Не уверен, что он вообще сегодня спал.
- Аллен… Нам лучше не видеться. Я поступил с ним вчера, как последний ублюдок… Я вообще не уверен, что он захочет меня видеть или, хотя бы, простит за это.

- Да, я помню. Но думаю, что начать надо не с недавних событий, а пятью годами ранее, - Лави почесал затылок и начал рассказ…
__

Рыжий мальчишка, лет двенадцати, с повязкой на глазу, торопится домой. Еще бы! Ведь  к учителю доставили какого-то пациента без сознания. Вообще, к ним редко кого приводят. Старик всегда говорил, что простые человеческие судьбы не важны для Историков. Знание этой позиции учителя еще больше подстегивало интерес мальчишки.
А вот он и дом. Быстрый бег по ступеням крыльца, скидывание теплой накидки и можно искать постояльца. На пути попадается Панда. «Он-то мне и нужен!»
- Старик, а кого нам привезли?
- Раненого экзорциста из Черного Ордена.
- Черный Орден?
- Да. Мы будем некоторое время сотрудничать с ними, поэтому должны оказывать некоторую помощь.
- А я могу взглянуть на него?
- Нет. У него нервный срыв. Лучше его сейчас не трогать.
Ну когда Лави слушался Книжника? Когда тот отлучился из дома, рыжий бес направился прямиком к новому постояльцу. Это был мальчик, его ровесник, азиат с черными длинными волосами и напряженным лицом. Он смотрел в одну точку. На кровати, подле него, лежал зажатый в руке меч.
- Привет. Как твои дела?
- Отвали, - сухо и тихо.
- Зачем так грубо? Я ничего тебе не сделал. Просто хочу узнать, как ты себя чувствуешь.
- Уже лучше.
- Ну вот, уже диалог. А как твое имя? Мое – Лави.
- Канда.
- Хм. Ты азиат. А значит, назвал свою фамилию. А я хочу знать твое имя.
- Почему?
- Просто интерес.
- Ю. Но даже не пробуй так меня называть. Так делала только она.
- Кто?
- Йоко.
- А где она?
- Мертва. Ее убил друг.
- Твоя девушка?
- Нет… - он сжал катану еще сильней, - Я найду этого ублюдка и разрублю пополам.
- Я верю. Знаешь, месть – не лучший способ утолить ярость.
- От куда тебе знать? Ты еще ничего не видел в жизни.
- Я - ученик Книгочея и, путешевствуя с ним повидал многое.
- Хм.  А что лучше мести?
- Найти цель, которая оправдает смерть близких тебе людей, и продолжать жить дальше.
- Ее смерть отняла все смыслы жизни. Осталась только месть.
- Тебе виднее. Ладно, я пойду. А то Панда настучит по голове. Поправляйся!
- Угу.
Мальчик закрыл за собой дверь и пошел вниз. Что-то было в этом мальчишке. Ему это понравилось. Они определенно должны подружиться…
__

Лави закончил говорить и сделал короткую передышку. Книгочей глянул на англичанина. Тот немного пришел в норму. Но в глазах еще светились беспокойство и грусть. Иногда там мелькала задумчивость. Мальчик анализировал все вышесказанное. Парень решил продолжить:
- А недавно он столкнулся с членом семьи Ноя, который заставил его пережить весь тот шок. 
- Где он сейчас?
- У себя. Но…
- Что «но»?
- Он не хочет тебя видеть.
Все. Самое страшное сказано. И теперь будь, что будет. Аллен может его ударить, оскорбить, сделать все. Но произошло то, чего он не хотел меньше всего: лицо Аллена снова стало безжизненным. Он сполз по стене и безвольно уронил руки на пол. Губы предательски задрожали, глаза сомкнулись. По коридору разлились тихие рыдания. «Насколько же сильны его чувства?», Лави упал на колени и прижал к себе седого парня.
- Тише. Все будет хорошо, - он поднял его на ноги, - Пойдем отсюда.
- Зачем тогда все?
Аллен еле переставлял ноги. «Так не пойдет!», Лави втолкнул его в ближайший простенок и придавил к стене.
- Уолкер! Успокойся! Он пережил сильнейший шок! Все образуется! Слышишь?
Англичанин уткнулся ему в плечо.
- Я верю тебе, друг…

Глава 9.

Всю следующую неделю ни Канда, ни Аллен не обмолвились ни словом. Ребята старались не встречаться. Вернее, встреч избегал Канда, а Аллен их наоборот искал. Уолкер хотел сказать, что ему плевать на те слова и, что просить прощения не за что.  Лави наблюдал за всем этим со стороны и кусал губы от невозможности что-либо сделать. Линали пыталась всеми возможными способами вывести этих троих из меланхолии, но все попытки оказались провальными: Канда просто уходил, Аллен говорил, что все в порядке и не нужно за него беспокоиться, а Лави отшучивался и говорил, что у него просто болит живот.
__

И вот, однажды днем Канду позвал к себе Комуи.
- Ну как ты себя чувствуешь?
- Нормально.
- Глядя на твое выражение, не могу так утверждать.
- Ты меня с этой целью позвал?
- Нет. Для дела. Ты едешь во Францию. Там получено подтверждение присутствия Чистой Силы. Есть предположение, что она может оказаться Сердцем. Надо успеть до появления там семьи Ноя. Сейчас подойдут Линали и Аллен. Они едут с тобой.
- Нет. Я поеду один.
- Ты уверен?
- Всю жизнь ездил один. И сейчас справлюсь.
- Я не сомневаюсь, - он сделал паузу, размышляя, - Ну, хорошо. Вот все бумаги. Удачи.
Канда слегка кивнул и вышел прочь от Смотрителя. Такое задание было как раз кстати. Теперь нужно было незаметно покинуть Орден…
Последняя идея была обращена в пыль. Стоило ему выйти в коридор, как на него налетел Лави.
- Ой, прости. Пытался скрыться от Панды. На задание едешь? – спросил он, указывая на папку с документами.
- Да. Во Францию.
- Ясно. А почему один? Комуи, по-моему, в последнее время отправляет на задание только в командах…
- Он хотел отправить меня с Алленом и Линали. Я отказался.
- Ну не идиот ли ты? Тебе предоставляют шанс поговорить с ним, а ты… - он хотел что-то добавить, но лишь махнул рукой, - Более того! Там может оказаться эта девчонка из семьи Ноя. У тебя настолько крепкие нервы? Не думаю…
- А давай я сам буду решать за себя?!
- Ну раз тебе так хочется… - Книжник сделал непонятное выражение лица, - Ладно. Спорить с тобой бесполезно. Береги себя. Ты нам еще нужен.
- Как эгоистично, - Канда иронично хмыкнул и пошел в подземелье. Не хотелось встречать еще кого-либо.
- Не за себя ведь прошу… - прошептал в спину уходящему Лави.
__

Дорога во Францию была невыносимо скучной. Канда сидел на своем месте и барабанил пальцами по щеке. Не буду вдаваться в описания пейзажей и людей, сидевших в поезде. Тем более мысли самурая были заняты одним конкретным человеком с седыми волосами и дурацким нравом, в который его, все же, угораздило влюбиться…
__

Обладатель этого самого нрава в эту самую минуту стоял перед дверью Канды с четким намерением поговорить.
- Только зря теряешь время, - ироничный голос за спиной заставляет вздрогнуть. Лави.
- Почему?
- Он днем умчался на задание во Францию.
- Один?
- Комуи хотел его с тобой отправить, но тот настоял на обратном.
- Идиот.
- Я его уже посвятил в эту информацию. Двигай к Смотрителю, он даст тебе все, что нужно.
- Спасибо, - торопливо бросил Уолкер и рванул к Комуи.
«Вот два болвана на мою голову… Один другого краше», подумал Книжник и пошел искать, чем себя занять пока почти все тихо и спокойно. Вроде Ривер говорил о чем-то занимательном…
__

Англичанин влетел в кабинет Комуи и, прямо с порога, протороторил:
- Дай мне документы по заданию Канды!
- Он же хотел один ехать.
- Хотел, да передумал. Тем более, я и так должен был ехать с ним, верно?
- Да, ты прав. Ладно, вот все бумаги. Езжай.
Аллен схватил протянутую ему черную папку и рванул к причалу. «Ю, я знаю что это глупо… но, прошу, не попадай в сильные передряги…», Уолкер мысленно попросил Канду, садясь в лодку.
__

На каком моменте он допустил ошибку? Когда отказал Комуи? Когда сел в лодку один? Когда вступил в эту драку? Вопросов можно задать еще очень много. Можно уйти так глубоко, что станет приемлемым задавать вопросы о прошлом. Но есть ли на них ответ? Если есть, то все встанет на свои места. Если нет, тогда зачем вообще рождаться, расти, стареть, оставлять потомство? «Сколько глупых мыслей…», ироничная ухмылка, «Как раз в такой момент я начинаю задумываться над мотивацией своих действий. Идиотизм… А что, если это все опять дурацкий сон? А я еще не пришел в сознание после какого-нибудь обморока или ранения…»
Он нашел Чистую Силу, отправил мужчину с Искателями, сам остался драться с Акумами. Они загнали его в какой-то особняк и плотно окружили. «Это должно закончиться чем-то нехорошим…» А, ведь, так и вышло. На здание вдруг опустилась тьма, причина которой была проста: Акума второго уровня, по своему виду напоминавший полотно, «укутал» собой дом.
- Какого черта?
Послышались ядовитые смешки.
- Это за Графа и нашу госпожу Лулу Белл…
Воздух в доме начал накаливаться. Неужели будет взрыв? Надо выбираться от сюда. Канда кидается к единственному просвету – месту, через которое можно покинуть дом. Его со всех сторон облепливают демоны, но парень не сдается. «Выжить, чтобы вернуться. Выжить, чтобы вернуться», когда слова Книгочея стали мантрой? Еще пара метров! Ну…
- ЗА ГРАФА!!!
Оглушительный взрыв заполняет собой всю округу…
__

Уолкеру показали, куда ушел «экзорцист-азиат, странный человек в белом плаще и Чак». Он кинулся в указанную сторону. Пока бежал через лес, округу оглушил взрыв. «Только не это…» На лесной поляне он увидел огромное пепелище. Все слова ушли из тела. Остались только страшные мысли и инстинктивные действия. Он начал разрывать пепел и обломки, ища Ю. Голыми руками. Прошло где-то часа два, когда он обнаружил обгоревший кулон в виде цветка Лотоса…

-    А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!!!!!

Глава 10.

А дальше – это главное. Похожий на тебя.
В долгом пути я заплету волосы лентой.
И не способный на покой, я знак подам тебе рукой,
Прощаясь с тобой, как будто, с легендой…
«Мой рок-н-ролл»

Аллен догнал Искателя и мужчину уже при посадке на корабль. Он долго не мог прийти в себя, просидел на пепелище примерно часов пять. В голову никак ни шло, что Канды больше нет. «Идиот, я же просил тебя не лезть под нож… Нет. Он не мог так просто умереть» Было решено облазить всю округу в достаточно большом радиусе. Результат оказался плачевным. Тела, или хотя бы намека на его недавнее присутствие не было. Не оставалось ничего, кроме как ехать обратно. Уолкер надел обгоревший кулон на шею и направился в сторону порта, в который прибыл. Искатель сразу понял, что случилось. Он похлопал англичанина по плечу и оставил одного в каюте. «Как ты мог… Я не сказал тебе самого главного…», подумал Аллен, прежде чем провалиться в сон…

В Ордене все уже были оповещены о произошедшем несчастье. Линали, дольше всех знавшая Канду, плакала. Крори смиренно опустил голову. Лави стоял в стороне и смотрел куда-то вдаль.
На символических похоронах Комуи сказал сухую речь. Ребята устроили небольшие поминки в его комнате. Как ни странно, на них не было ни слез, ни печали. Вспоминали исключительно веселые и хорошие моменты. Казалось, что никто и не умирал. Казалось, что сейчас откроется входная дверь и вошедший Ю накричит на кого-нибудь. Только Уолкер сидел в стороне и молчал. Но молчание не было вечным.
- Он не мог так просто умереть! Мы же все знаем это! Этот болван всегда выкарабкивался! Или я не прав?!
- Ты прав, -  Лави обернулся к другу, - Комуи разрешил мне еще раз съездить туда и узнать все подробней.
- Тогда почему мы хороним еще не умершего человека?!
Линали встала и обняла англичанина.
- Аллен, пока есть хоть самая мизерная надежда, никто не похоронит его до конца. Но… надо надеяться на лучшее, а готовиться к худшему. Я верно говорю?
- Да… но это уж слишком просто.
- Не знаю, Аллен. Не знаю. Нас там не было. Мы не можем говорить наверняка…
__

На этом разговор был оставлен и больше не поднимался. Через несколько дней Аллен и Лави вновь отправились во Францию. Лави решил никого больше не брать с собой. Зная отношения Аллена и Ю, он предпочел (на худший случай) дать англичанину свободу в выражении эмоций.

Они обошли все деревни, окружавшие злосчастный лес. Никто из их жителей не знал, не видел, не слышал, не разговаривал с таким человеком. Надежда постепенно покидала сердца обоих. В последней деревне она окончательно улетела далеко в горы. Причина проста. Расскажу подробней.
Экзорцисты заходили почти в каждый дом и интересовались, не видел ли кто их друга, недавно здесь потерявшегося. В одном из домов они получили такой ответ:
- Да. Несколько дней назад за городом похоронили молодого юношу, лет восемнадцати, с длинными черными волосами и обгоревшими руками.
Потом их даже привели на могилу этого юноши. Невзрачный холмик с самодельным крестом. По щекам Лави потекли слезы, которые, по идее, не должны быть атрибутом Книжника или его ученика. Аллен не плакал. Видимо, все эмоции получили выход еще тогда, на пепелище особняка. А то, что было перед ним, было всего лишь точкой, логическим подтверждением и завершением всего вышесказанного. Так они простояли где-то около часа. Уолкер нарвал небольшой букет цветов и положил на могилу.
- Пойдем?
- Да, пойдем. Прощай, Ю. Я люблю тебя. Надеюсь, и ты меня тоже… любил…
Лави положил руку на плечо англичанина и сжал ладонь.
- Любил. Поверь мне, любил. Сильнее была, разве что, та яр… Нет. Сильнее не было ничего.
Аллен как-то иронично улыбнулся и экзорцисты отправились домой.
__

Старушка торопилась домой с рынка. Она купила немного еды и разных трав. Нужно было как можно скорее вернуться. Там ее ждали. Мальчишка примерно того же возраста, что и ее погибший внук. Загадочно-интерсным было то, что внук и этот юноша были невероятно похожи: грязно-серые глаза, длинные иссиня-черные волосы, немного надменные черты лица. Только этот был восточной национальности. Ну и наплевать.
Она в тот день шла по лесу. Сначала раздался сильный взрыв. Потом, минут через десять ходьбы, она наткнулась на него. Сначала старуха подумала, что он мертв. Но при более тщательном осмотре оказалось, что он дышит. Но поразило не то, что при таких ранах он остался в живых. Поразило другое: он был точь-в-точь похож на недавно погибшего внука. Наверное, сработал материнский инстинкт. Она перетащила его в свой дом, уложила на кровать, промыла и перевязала раны, срезала обгоревшую и омертвевшую кожу.
Первые две ночи были самыми тяжелыми. Он не приходил в сознание, но, все равно, бился в сильной лихорадке, бредил, зовя то какого-то «Аллена», то загадочную «Йоко». Потом раненому стало полегче. Он просто спал. Раны, которые должны были заживать дни, заживали за считанные часы, а более сложные – за один-два дня.
Где-то через пять-шесть дней юноша пришел в себя. Можно было поговорить, спросить, как он там оказался. Он рассказал, что зовут его Канда, что он экзорцист, что убивает демонов под именем «Акума». Еще через день он смог встать с кровати. Когда повязки можно было снять, он, чтобы немного прийти в форму после долгого обморока, стал помогать по дому. Старуха восстановила его плащ. Теперь он был не таким, как раньше, но все же целым. Стоило надеть плащ, как из внутреннего кармана тут же вылетел его голем, который каким-то чудом не расплавился от взрывной волны, которой того отбросило в сторону.
Канда отблагодарил старуху за помощь и ушел искать, от куда можно позвонить. Самурай набрел на небольшую гостиницу и без промедления вошел в нее.
- У вас есть телефон?
- Да, конечно, - ответила женщина за стойкой и поставила перед ним аппарат. Он подключил голема и набрал номер. В трубке раздались длинные гудки, а потом усталый голос Смотрителя:
- Слушаю.
- Здравствуйте, Смотритель.
- Канда?!

Глава 11.

И однажды ночь придет, мальчик ляжет и уснет.
Пламя в пепел превратиться, никого не обожжет.
Был один, теперь нас двое.
Перед глазами промелькнет человек мой дорогой.


Комуи откинулся в кресле и потер виски руками. Пока особой опасности не предвиделось (по крайней мере в ближайшее время) и ребята могли немного отдохнуть и набраться сил. Но от этого, конкретно у него, работы не убавлялось. Ривер пару минут назад принес кипу отчетов Научного Отдела, которые нужно было разгрести. Зазвонил телефон. «Ну кого еще нелегкая принесла?», он лениво потянулся к трубке.
- Слушаю.
- Здравствуйте, Смотритель.
Все недавнее негодование как рукой сняло! Знакомый голос с легкими оттенками насмешки и презрения, твердый и уверенный. Он мог принадлежать только одному человеку…
- Канда?!
- В вашем голосе я слышу «Ты что, воскрес?». Вы мне не рады?
- С твоей стороны глупо задавать такие вопросы.
- Поспешно же вы меня на тот свет отправили.
- Лави и Аллен, по возвращении из Франции, сказали, что самолично видели твою могилу…
- От них ничего другого я не ожидал. А пройди они к чуть дальше: к окраине деревни, то нашли бы не только могилу, но и тело, которое должно находиться в ней.
- Не смешно.
- Я и не смеюсь. Пока я здесь, может, есть какая миссия?
- Воскрес и сразу в бой? Похоже на тебя. Нет, ничего нет. Возвращайся домой. Мы ждем.
- Хорошо, только никому ничего не говори. Хочу сделать сюрприз.
- Хм, ладно. Поторопись.
__

*три дня спустя*

Лави потянулся и вошел в столовую. Он уснул только под утро. Но вставать, все равно, было нужно. Рядом с окошком Джери сидели Линали и Аллен. Он направился прямиком туда. Удивительно, но ребята были в хорошем настроении. Книгочей обрадовался этому. Все слезы были выплаканы ранее, поэтому ушла печаль. Да, Канда всегда будет с ними: в сердцах, в воспоминаниях…
- Доброе утро, ребята. Что на завтрак?
- Если бы Джери услышал твои слова, он бы сильно обиделся. Ведь нет блюда, которое он не смог приготовить, - улыбнулась Линали.
- Нуу, тогда на завтрак спагетти с соусом и шашлык из свинины.
- Неплохой выбор, - это уже сказал Джери, услышавший разговор ребят.
Несколько минут и Лави уминает свой заказ.
- Какие планы на день? – звучало между жеванием.
- Тренировка и библиотека, - отозвалась китаянка.
- Тренировка, тренировка и еще раз тренировка, - протараторил Аллен, победно вздымая руки вверх, - А тебя какое расписание?
- Надо сделать для Панды кое-какую работу. Долго откладывал.
- Ясно. Ну ладно. Вы как хотите, а я пошел, - англичанин вышел из-за стола и направился в сторону зала для тренировок, - Увидимся.
__

Лави изучал старые пергаменты, что-то записывал в блокнот, что-то запоминал просто так. Иногда заглядывал в какие-то книги и словари. И опять записывал в блокнот своим не очень ровным и понятным только ему подчерком. Задача стояла не из легких: перевести писание двухсотлетней давности. Оно содержало обрывки информации о Чистой Силе, Черном Ордене и Графе Миллениума. Работал он уже сравнительно долго, поэтому глаза, то ли от тусклого света библиотеки, то ли от усталости, начинали понемногу слипаться. Книгочей уже клевал носом и почти заснул, когда в помещение ворвался Крори.
- Подъем!
Рыжий резко подскочил и взглянул на вампира взглядом из серии «убью-засранца-если-это-глупый-пустяк-и-не-смотри-на-меня-так».
- Что такое?
- На городок рядом с Орденом напали Акума! Всех, кто может драться срочно послали туда! Вставай!
Сон как рукой сняло. Лави, не надевая куртки и оставляя все бумаги и книги в художественном беспорядке, вылетает вслед за вампиром.
- Оодзучи-кодзучи! Расти, расти…
__

Чтобы столько Акум напало на такой маленький городок! Такого они еще не видели. Хотя… было сделано предположение, что Граф ставил перед собой немного другую цель. А может они просто пролетали мимо и решили добавить в свои списки еще пару человеческих трупов.
__

Канда быстрой походкой двигался в сторону Ордена. Хотелось побыстрей вернуться домой. Нет. Хотелось побыстрей увидеть Аллена. Он истосковался по его голосу, лицу, улыбке, волосам, запаху… Список длинный. Надо пересечь небольшую рощицу и будет городок. А там до Ордена рукой подать. В роще до него донеслись звуки пальбы и взрывов. Сердце сжалось. «Ничего нет, говоришь?», передразнил он Смотрителя и рванул с места.
__

- От куда их столько? – Крори уже сбился со счета.
- Аллен, много их там?
- Достаточно! Я уже со счета сбился!
- Ууух! – Лави размахнулся и еще несколько душ отправились на покой, - Страйк!
- Ха! Это тебе не девушек соблазнять!
- Нет. Ощущения почти те же!
- Ты не остри, а работай!
- Мальчики! – это уже Линали, - Как вы находите время еще и на болтовню?!
- Это Лави не может держать язык за зубами!
Акумы сыпались как капли воды во время ливня. Ребята уже порядком подустали. Пространство вокруг них все больше пахло порохом, машинами и страхом. Чаша весов понемногу склонялась на сторону машин-демонов. Ребят оттесняли в сторону опушки леса. Аллен потерял счет этим монстрам. Вокруг их было примерно пятьдесят или шестьдесят. Еще и вдалеке маячило столько же. Он с головой ушел в сражение.
- Аллен, сзади! – крик Линали.
Англичанин оборачивается. Нет! Акума слишком быстро приближается. Отпрыгнуть он не успеет. Разве что выстрелить. Плевать, что отдача будет сильней, чем обычно. Он делает выстрел – демон взрывается. Но из его тени возникает другой. «Черт, я не успею!»
- Первая иллюзия: Адские жуки!
И этот демон отправляется в небытие.
- Что за…
Дым рассеивается. Аллен вглядывается в силуэт перед ним: длинный плащ, длинные волосы, катана. Ноги подгибаются и Уолкер опускается на землю.
- Не… может…
Юноша подходит к нему.
- Уолкер! Опять лезешь в неприятности? Это уже привычка?
Англичанин тупо смотрит на него и кивает головой. Невозможно. Видение? Галлюцинация? Призрак? Он протягивает руку и касается черного плаща. Настоящий.
- Но как? Я же своими глазами…
- Видел могилу внука старухи, меня выходившей. Куда я от тебя денусь, идиот?
Аллен подскочил с колен, притянул Ю к себе и сжал в объятиях.
- Аллен? Что там случилось? – Линали и остальные бежали к ребятам. Англичанину пришлось отступить на шаг от самурая. Линали подбежала к нему и, заметив рядом стоящего, резко затормозила, заставляя сделать такой же трюк бежавших следом Лави и Крори.
- Канда?!
- Семейство Ли как всегда многосложно, - ухмылка.
- Дурак, - девушка подошла к японцу и обняла, - Добро пожаловать домой…

And so, the boy fell into a deep sleep.
The struggling flames lay in the ashes.
One by one, rise up swell into that lovely face.

Эпилог. На одном дыхании.

Благодаря Канде, расправиться с Акумами получилось гораздо быстрее. На обратном пути Ю рассказал, что случилось во Франции. Он все-таки добежал до спасительного просвета. Но взрывная волна все-таки задела его и самурая отбросило далеко в сторону. Потом его нашла старуха, помогла восстановиться. Линали взяла японца под руку и не отпускала, будто боялась, что тот снова исчезнет. Канде было безразлично кто на нем висит. Он не сводил глаз с Уолкера, который шел немного впереди. Тот тоже иногда оглядывался, якобы желая что-то спросить.
  Когда вошли в здание Ордена, Ю взял британца за запястье и увлек к себе. Когда они вошли в комнату самурая, Канда оказался прижат спиной к стене. Не понимая ничего, он посмотрел в горящие глаза любимого мальчишки.
- Поклянись, что всегда будешь рядом, - потребовал Аллен.
От звука его голоса сердце Канды всколыхнулось. Он обожал слушать голос Уолкера, но не в этот раз. Он посмотрел англичанину в лицо. Оно было лишено всякого выражения, было таким застывшим, как у мертвого. Прекрасное, но лишенное жизни. Как картина.
- Аллен, что случилось? Ты же знаешь, я всегда…
- Просто поклянись. Пожалуйста…
Ю поклялся.
- Спасибо, - прошептал Аллен и притянул его голову для поцелуя.
Самурай не выдержал. Теперь он сам прижимал Уолкера к стене, покрывая все доступные участки кожи поцелуями-укусами, перемешивая боль и сладость.
Руки англичанина, до этого блуждающие под его одеждой, резко разорвали рубашку, и она присоединилась к ранее скинутому на пол плащу. Ю зарычал и с еще большим азартом занялся желанным телом. Как же мешает эта одежда! Движение, и Аллен стоит перед ним, оголенный по пояс. Из горла рвется рык. Аллен стоял, опираясь на стену, и наслаждался действиями самурая. Пальцы касались самых сокровенных уголков его тела, отчего он буквально терял голову. Колени все же подвели его. Медленно он осел вниз, увлекая Канду за собой. Ю похоже не заметил, что они теперь уже лежат и все продолжал свое дело. Аллен то выгибался вперед, то влево, то вправо. Словно следуя за движениями губ и языка. Одна рука самурая держала кисти Аллена над седой головой, вторая бродила по телу.
- Ах… Ю…
- Да, Аллен.
- Прошу…
Самурай слегка улыбнулся и стал постепенно спускаться ниже. Когда он вобрал в себя Аллена, тот едва не сорвался на крик. Через несколько минут Канда вновь припал к его губам и англичанин ощутил какой-то странный привкус.
После долгого поцелуя, Аллен подмял самурая под себя и повторил действия любовника. Теперь была очередь Ю извиваться и кусать губы, чтобы не застонать во весь голос…

- Почему ты сразу не сообщил, что жив?
- Хотел тебе сюрприз сделать… Зачем ты носишь этот медальон? Он же почти расплавился…
- Я думал, что ты умер. Должно же быть что-то, что будет напоминать о тебе… - англичанин сжал обгоревший лотос.
- Но я же жив. Сжимай в руках не кулон. Сжимай меня в своих объятиях. Я с тобой. Я никуда не денусь.
  Канда прижал к себе Уолкера и посмотрел в окно. Вставало Солнце. Вместе с этим рождались новые надежды и трудности, страхи и удовольствия. Один никогда не отпустит другого. Другой никуда не уйдет от первого.
- Who can't fight for one's liberty, can fight for somebody else's…
- Это почти про нас, не так ли?

Много есть кораблей.
Плавают по морю.
И на одном из них ты увези меня.
Далеко-далеко, чтоб никто не нашел.
Далеко-далеко…
И только нам, только раз
Дадут начать все с начала.
И небо будет за нас.
Разве мало?
Грустный усталый взгляд.
Песня печальная.
Не смотри на меня.
Я так не выдержу.
Дальше мне без тебя будет еще трудней.
Без тебя, без тебя…

Отредактировано Кира Волкова (2009-09-28 19:08:40)

0

10

Кира Волкова
я и лаванду не люблю и лавин тоже.
только юллен. и тики х лави х))))

зы. спасибо за юллен ^^ свободная минутка будет прочтемс

0

11

Продолжение к фанфику "Цветок Лотоса"

Название: Эпоха побежденных
Автор: Фаина_15
Пейринг: Аллен\Канда (Канда\Аллен) Тикки\Лави
Саммари: Глупость? Отчаяние?
                 Медленный шаг.
                 Это когда-то стоило сделать.
                 Минутный порыв,
                 Безумный пустяк.
                 А, может быть, так проявляется смелость?
                                                    (Неизвестный автор; цитата из фика)

Глава 1. Шесть лет спустя.

Аллен вздохнул и откинулся спиной к стене. Канда уже давно спал, но уходить не было никакого желания. Он осторожно слез с постели, открыл окно и сел на подоконник. В голову, видимо, принесенные ночным ветром, стали приходить воспоминания. С момента окончательной победы над Графом прошло шесть лет. Такой срок, а почти ничего не изменилось. Нет. Он осек себя. Изменения были. Исчезли Акумы. Не полностью, конечно. Кое-где они, все-таки, встречались. Но было это очень и очень редко. Семья Ноя тоже ушла со сцены мировой истории. В той битве они потеряли большую часть своей силы. В живых остались Лулу Белл, Роад Камелот и Тикки Микк. Они поспешно удалились с поля брани и больше от них ничего не слышно. В Ордене тоже произошли перемены.
Линали. Она стала гораздо сильней. И физически, и духовно. Что-то изменилось в ее внешности. Где-то в глубине залегла нотка грусти. По какой причине она тосковала? Аллен так и не решился спросить. Может, просто не хотел. Может, боялся получить пугающий ответ.
Крори. Он получил серьезный опыт во время этой войны. Исчезла его наивность и простота. Он взял в узду свою светлую сторону и слегка ослабил поводья темной стороны своего характера.
Лави. Теперь он не ученик, а полноправный Историк. Старик погиб во время одного из сражений. Сначала рыжий не находил себе места и покоя. Потом, все-таки, решил, что время того пришло и держать Панду на этом свете не имело смысла. Старик, умирая, задал один единственный вопрос: «У меня все волосы на месте?». Лави тогда слегка улыбнулся и ответил, припоминая события с «Четвертым уровнем»: «А я считал что ли? Какое мне дело до ваших волос?» После сражения Лави покинул Черный Орден, но никаких отношений с экзорцистами не порвал. Теперь он носил исключительно черное пальто и белые брюки. Волосы больше не держала бандана, он их просто зачесывал назад. Единственное, что осталось от «Лави-экзорциста» - это длинный оранжевый шарф.
Канда. Во время того сражения он снова столкнулся с Роад Камелот. Тогда он четко увидел, сколько ему осталось на этом свете. Тогда он сказал Аллену, что больше ничто не задержит его на месте. Он будет только двигаться. «Ты со мной?» «Несомненно…»
Тогда в их отношениях что-то изменилось. Вообще, они прошли через много чего: поход в Эдо, долгая разлука из-за разных заданий, события в Ковчеге. Аллен предусмотрительно не сообщил Ю о стычке с Тикки Микком и своей «смерти». Он старался не связываться с самураем, дабы избежать порыва все бросить и примчаться к нему. Когда в Эдо появился уже Коронованный Клоун, ярости японца не было предела. Он, вроде, даже обещал что-то сделать с его волосами… Подобно тому, как эволюционировала Невинность, развивалась и их связь. Былая страсть, почти ставшая одержимостью, ослабла. Теперь ночью они не только занимались сексом. Они могли часами сидеть и рассуждать на любые темы, о чем-нибудь поспорить (иногда доходило до того, что они будили кого-нибудь и просили рассудить их)...
Аллен улыбнулся, припоминая особо забавные и нелепые случаи из серии их споров. Все это время он смотрел куда-то вдаль, забыв о существовании остального мира. Из-за такой пелены его вывело легкое касание шеи.
- Ю… - он даже не повернулся, - Давно не спишь?
- Не знаю. Наверное, с того момента как ты взобрался на мое окно, - самурай положил подбородок на плечо англичанина.
- Значит, я тебя разбудил-таки… Прости…
- Не прощу.
- Как мне искупить вину?
- Поцелуй меня.
- Как прикажете… - Аллен повернулся и слегка коснулся губами скулы Канды, - Теперь вы довольны?
- Вполне. Теперь можно поспать.
- Можно я останусь у тебя?
- Глупый вопрос. Ты ведь знаешь ответ.
- Да, пожалуй… - Уолкер неопределенно пожал плечами, устроился рядом с японцем и провалился в сон…

   
Глава 2. Шарф и повязка.

Лави отложил письменный прибор и затушил сигарету. От куда у него дурацкая привычка курить? Дань памяти Панде? Тот смолил постоянно… Но не это главное. Обязанности Историка оказались гораздо шире, чем он предполагал. Помимо Скрытой истории, ему было необходимо делать пометки и о Всеобщей истории. Будучи Учеником, он всего лишь писал некоторые главы и правил те места, где старик находил недочеты. Его основной задачей было наблюдение и запоминание тех или иных моментов истории (собственно, для этого у Лави и была развита феноменальная зрительная память).
Он просмотрел бумаги и прикрепил их к остальным записям. «Очередная глупая война глупых людей», он давно в них разочаровался, что, впрочем, не мешало водить с ними дружбу…
После достаточно тяжелого и кропотливого труда было решено прогуляться по городу. Он часто заходил на местный рынок. Там можно было узнать сплетни или последние новости с войны, поесть свежих яблок и построить глаза местным красавицам. От этих мыслей Книгочей сам себе улыбнулся. Только улыбка вышла скорее ироничной, чем веселой. В голове вспылили слова старика: «Фальшивое имя, фальшивый человек…». Слова, которые въелись в самое сердце и стали своего рода мантрой для рыжего юноши с повязкой на глазу и оранжевым шарфом, обмотанным вокруг шеи.
В этот раз на рынке было не так многолюдно, как обычно. Лави сел в каком-то новом кафе и стал наблюдать за происходящим на улице.
Его одиночество не продлилось долго: кто-то подсел рядом.
- Здравствуй, Книгочей, - спокойный насмешливый голос.
Перед ним сидел Тикки Микк. Рука моментально потянулась к кобуре на бедре.
- Не стоит. Я не собирался нападать на тебя. Теперь мне это ни к чему.
- Слабо верится, - сказал Лави, но руку от молота все же убрал.
- Доказательств нет. Поэтому, поверь на слово, - Тикки виновато развел руками.
Лави хмыкнул и начал осматривать собеседника. Как всегда, идеален: костюм, цилиндр, прическа.
- Как всегда на острие моды?
- А почему бы и нет? Ведь никогда не знаешь, кого встретишь на своем пути, - он лукаво посмотрел на рыжего.
Лави понял, что разговор ни к чему не приведет. Он встал, накинул пальто и, с тихим «Спасибо за компанию, прощай…», вышел из кафе.
  Микк проследил глазами его путь. Что-то странное загорелось в уголке его глаз. Что-то, чего никогда там не было. Он встал, расплатился за еду (при чем платить пришлось за двоих), наградив обворожительной улыбкой официантку, которая стремительно покраснела, и вышел прочь…
__

Лави в который раз перевернулся на другой бок. Сон напрочь отказывался принимать его в свои объятия. А тут еще какое-то странное чувство накатило. Впрочем, его причины тут же стали ясны…
- Долго собираешься там сидеть?
- Пока не пригласишь войти.
- Ну заходи, раз пришел, - Лави сел и посмотрел на ночного гостя, сидевшего на окне. «Нет, он снова идеален! Словно Дьявол, который сначала заманивает в сети, а потом отнимает душу. Прекрасен и безобразен одновременно. Божество, которое любишь до ненависти…»
Граф сидел, свесив одну ногу с подоконника. Вторую он согнул и положил на нее руку. На нем были строгие черные брюки и белая рубашка, расстегнутая на две верхние пуговицы. Волосы держал черный ободок-пружинка. Он пристально, нет, жадно рассматривал сидящего на кровати Историка. Потом, все-таки, вошел в комнату и плюхнулся в кресло.
- Не предложишь гостю чая?
Лави удивлено приподнял брови, как бы, возмущаясь наглости Ноя, и начал вылезать из кровати. Тикки нервно сглотнул. Конечно, ведь Книгочей имел привычку спать в одних только пижамных брюках. «Черт», он издал животный рык, вскочил с кресла и прижал рыжего к стене.
- Какого черта ты творишь? – вскрикнул последний.
- Запоминаю твой запах, - ответил Ной, носом изучая его шею.
Лави зажмурил глаза. Нос сменился на губы…
- А теперь запоминаю твой вкус…
Одна рука Ноя уперлась в стену рядом с головой. Вторая шарила где-то в области живота.
- Пошел вон! – Лави попытался вырваться, но Тикки пресек эти попытки. Рука с живота опустилась к брюкам и слегка сжалась. Лави издал предательский стон.
- Сопротивляйся… И возбуждай меня еще больше…
Лави закусил губу. Тикки начал спускаться губами ниже… но остановился, поднялся и посмотрел в глаза Историку.
- Подумай над этим. Сейчас я сдержался, но за «потом» не отвечаю, - он слизнул кровь с прокушенной губы рыжего и, выпрыгнув в окно, скрылся из виду.

Глава 3. Третий уровень.

- …стволы  всех деревьев, окружающих ее сейчас, странно блестят и выглядят совершенно гладкими. Агата растирает  пальцы,  потом осторожно  проводит  рукой по стволу  и убеждается, что он стеклянный. Тонкая веточка с хрустом падает к  ее ногам, Агата поднимает ее. Веточка совершенно прозрачная, и тесно прижавшийся к ней желудь - тоже прозрачный, а шляпка его искрится крошечными гранями…*
Крори рассказывал какую-то историю. Где он их только находит? И ведь всякий раз разные! После победы над Графом атмосфера на общих собраниях заметно разрядилась. Из действительно важных вопросов здесь говорили только о предполагаемых местах нахождения Невинности. Все остальное время посвящалось какой-нибудь беседе. В последние недели Аристар взял моду рассказывать истории. Сказки. О людях, демонах, ангелах. О чем он только не говорил. У каждой сказки уникальный сюжет, неожиданный конец, трогательные персонажи. Заинтригованы были все. Даже Канда, который, впрочем, не подавал виду. Только Аллен, за шесть лет изучивший каждую черту его лица, мог распознать там волнение, удивление, радость…
Рассказ прервал звонок телефона. Подошел Ривер.
- Да, я слушаю.
Из трубки слышался торопливый говор. На лбу у главы Научного отдела появилась морщинка.
- Что там? – Линали поднялась с места.
- Да, хорошо, - Ривер повесил трубку и развернулся к остальным, - У нас проблема по имени «Третий уровень»…
- Что? – теперь с места подскочил Аллен, - Но мы же полностью истребили Третий уровень! Где можно так затаиться?! И…- дальше он не договорил: получил удар катаной по голове. Не беспокойтесь, не сильный.
- Мой дорогой Мояши. А теперь прекрати панику и послушай меня, - Канда смотрел на него взглядом из серии «твои-умственные-способности-меня-переодически-забавляют», - Акумы убивают людей. Уровень Акум повышается. С Первого уровня они переходят на Второй, потом на Третий. Уолкер, прошло шесть лет! Я удивляюсь, как он не стал Четвертым уровнем!
- Все, все. Я тебя понял. Не надо разговаривать со мной, как с идиотом!
Канда лишь хмыкнул.
- Где это произошло?
- Бутан. Воспользуйтесь Ковчегом.
- Я пошел, - Канда вылетел из Общей гостиной.
- Я с Кандой, - это уже Аллен.
- Подождите меня! – Миранда.
Линали уже хотела сказать, что она отправляется с ребятами, но Комуи остановил ее порыв.
- Не стоит. Я думаю, что на одного Акуму, пусть и третьего уровня, вполне хватит трех экзорцистов. Вдобавок ко всему, это же Аллен и Канда! Для них двоих и армии демонов, как оказалось, было маловато.
- Пожалуй, ты прав, - Линали слегка улыбнулось и села на место.
- Тем более, если что, то братец Бак пришлет лучших врачей, дабы позаботиться о твоих друзьях…

Ой… Вы же ничего не знаете! После войны Комуи (скрепя сердцем и  зубами), все-таки, согласился, что Линали – не ребенок, усмирил свой сестринский комплекс и позволил директору Азиатского Управления ухаживать за Линали. Конечно, это сопрягалось с рядом жестких правил и ограничений. Но, со временем, видя, что девушка отвечает тому взаимностью, правила стали слабеть, а сам Комуи снизошел до Бака и стал называть его братцем…

__

Тем временем, трое экзорцистов вошли в Ковчег. За эти годы Аллен успел его весь облазить и мог безошибочно найти нужную дверь.
- За мной, - он сделал зовущий жест и побежал по улочкам и переулкам.
Нужный проход отыскали быстро. Уолкер уже собирался открыть его, но Миранда не дала этого сделать.
- Подождите, - она крутанула диск на куртке, - Запись времени, активация, - диск начал вращаться, сохраняя в памяти состояние экзорцистов, - Так будет надежней. Но помните, я не могу воскрешать мертвых.
- Хорошо, Миранда. Ладно. Идем.
И они шагнули через порог.
__

- Канда! Его нужно удержать на месте хотя бы на минуту!
Они пытались побороть его уже несколько часов. Вокруг уже темнело и скоро поймать и без того юркого демона будет проблемным.
- Как я это по-твоему сделаю?!
- Тебе виднее!
Самурай закатил глаза и начал прикидывать, что делать с Акума…
- Глупые экзорцисты! Вам меня никогда не поймать! Мой хозяин сделал меня лучше, чем прежде! Я сделаю все для хозяина!
- Ха! Какая преданность! Чистая сила! Второй уровень: лезвия двух иллюзий! – он метнул Муген и Акуму прижало к стене, - Уолкер!
- Ага! Спасибо… - Аллен опустился перед Акумой, - Коронованный Клоун! Крайняя грань! – он коснулся лба Акумы кончиком когтя, - Я освобожу твою душу. Только расскажи, кто это: твой «хозяин»?
- Проклятый Побежденный. Больше ничего не скажу… - Акума ухмыльнулся и сделал то, чего не ожидали даже ребята, много чего повидавшие: демон сам себе свернул шею и взорвался.
- Какого черта?! – Канда выглядел совершенно ошарашенным.
- Он прямо как ниндзя какой-то, - Миранда в непонимании смотрела на место взрыва.
- Не знаю… Ладно. Мы свою работу выполнили. Пойдемте домой.
- Да пожалуй, - вздохнул самурай и убрал катану.
Ребята направились в Ковчег. Аллен сделал пару шагов в направлении двери в Орден и его голову пронзила резкая боль.
- ААА! – он рухнул на колени.
- Аллен! – Канда подхватил англичанина, - Миранда! Почему ты так рано выключила Запись времени?
- Но я ничего не делала! Я собиралась отключить ее в Управлении!
Японец резко выдохнул сквозь зубы и развернулся к англичанину. Тот уже приходил в себя. Вдруг Ю осознал, что он сейчас сделал. Проявить эмоции, большие дружеских, было непозволительно. Об их связи знал только Лави. Он еще раз повернулся к Миранде, словно опасаясь чего-то страшного. Но женщина лишь посмотрела на него с мягкой улыбкой и сказала:
- Все в порядке. Я никому не скажу.
Самурай благодарно кивнул. Уолкер окончательно пришел в себя и они двинулись дальше...
__

- Ай!
- Что такое? – Ю обеспокоенно посмотрел на любовника.
- Плечо. Вывихнул и оно до сих пор побаливает.
- А что с тобой случилось на обратном пути? Там, в Ковчеге…
- Не знаю. Я услышал какие-то голоса, голову пронзила боль, а сердце страх…
Канда коснулся кончиками пальцев щеки Уолкера.
- Тогда лежи и отдыхай, - и накрыл его губы своими…

Глава 4. Не более…   
Лави в ту ночь так и не заснул. Да и как тут уснешь? Когда Тикки выпрыгнул из окна, Книгочей сполз на пол, да так и просидел всю ночь. Места на его теле, те, которых касались губы и руки Ноя, горели ледяным пламенем. «Чего он этим добивался? С чего вдруг такая любовь?», от воспоминаний о его прикосновениях тело предательски вздрогнуло. «Тикки Микк хранит в себе память об удовольствиях Ноя…», ироничная улыбка. Рука касается шеи. «Тут наверняка останется след», снова ироничная улыбка. Нет. Ухмылка. Отметки обычно ставят, чтобы они напоминали о чем-нибудь. О чем будет напоминать эта?
Примерно так Историк и провел эту ночь. Он ушел в собственный, существующий только в его сердце, мир и вернулся только с восходом Солнца. «Черт, еще же идти к старику. Надо привести себя в божеский вид…» Он дошагал до ванной и умыл лицо. Пристальное и придирчивое изучение своего отражения не привело к положительным результатам. Рыжий зашел в душ, включил ледяную воду и прикрыл глаза, давая струям воды делать свое дело. «Вот так будет лучше», повторный осмотр более-менее удовлетворил юношу. «Так…Теперь собраться… в том числе и мыслями, и можно идти…» Он оделся и вышел из квартиры.
Погода была отвратительной. Ни тепло, ни холодно, серо, грязно. По лицу бил мелкий дождик. Историк любил позднюю осень, но такая погода могла кого угодно вогнать в уныние. Душой Лави был в состоянии некоего равновесия с окружающей обстановкой. Поэтому ему было глубоко наплевать на грязь и сырость. Он прошел пару кварталов и вошел в неприметный магазинчик.
- Мистер Хилл! Мистер Хилл! Это Лави! Где вы?
- Наверху. Иди сюда! – послышалось от куда-то со второго этажа. Лави отряхнулся, открыл дверь за стойкой продавца и поднялся по лестнице. Когда он вошел в единственную комнату, то увидел перед собой лишь гору книг на столе и услышал шуршание бумаги и сопение. Обход нагромождения книг позволил обнаружить худого, с небольшой плешью, старика лет семидесяти, занятого переводом какого-то текста.
- Доброе утро, мистер Хилл.
- Здравствуй, Лави. С чем пожаловал? – сказал старик, не поднимая головы.
- Принес плату за аренду, - Лави положил рядом со стариком конверт с деньгами, - И еще, я собираюсь съезжать. Примерно через месяц. Мне предложили работу в другом месте.
- Какую же работу можно предложить по твоей специальности? – с подозрением глянул на Лави старик, - Уж не занимаешься ли какой темной деятельностью?
- Нет, что вы?! То, чем я сейчас занимаюсь – не единственное в этой области. Поверьте, - одна из фальшивых благодушных улыбок.
- Ясно. Жаль, с тобой было приятно иметь дело.
- Приятно слышать. Нуу, я пойду. До свидания.
- Увидимся…
Рыжий вышел из магазинчика и направился обратно. Ему нравился этот старикашка. Историк арендовал у него помещение под квартирой, которое в свою очередь, использовал как книжную лавку. Продавал он, в основном, книги по медицине. Еще одна дань памяти Панде? Может быть…
Пока шел по улице, ощущал на себе чей-то стойкий пристальный взгляд. От догадок предательски засосало под ложечкой. Словно его тело жило отдельной от сознания жизнью. Он ускорил шаг и поспешил скрыться в магазине. Но, разве возможно скрыться от глаз Ноя?
__

День прошел спокойнее, чем утро. Покупателей было достаточно, но не много. Товар доставили во время. В обед пришли Аллен и Линали. Поговорили о всякой ерунде. Уолкер пожаловался на то, что в последнее время ему нечем заняться. На это Книгочей ответил почти прозрачным, не понятным для Ли, намеком на «одного засранца, который имеет проблемы с памятью» (то бишь на Ю, который даже не соизволил навестить друга), за что получил резкий толчок в плечо. Линали посмотрела на них и, со словами «А еще называют себя взрослыми…», пошла изучать ассортимент магазина.
__

Ушли Экзорцисты только под закрытие лавки. Если от Линали еще было какая-то помощь, то Аллен даже не думал оказывать содействия. Со словами «Я тут в качестве группы поддержки…» уткнулся в какую-то энциклопедию.
Наконец, магазин закрыт и можно было идти отдыхать. Он вошел в квартиру и облегченно вздохнул. Лави принял душ, обмотался полотенцем и вышел из ванной.
И был тут же прижат к стене…
- У тебя это входит в привычку, - ехидство было единственным приемлемым выходом.
- Я сдерживался целый день, - язык Тикки жадно облизал губы Лави, - Так что ты решил?
- Допустим, что я ответил так, как нужно тебе. Что будешь делать дал…
Микк не дал договорить. «Черт с ним… Мне и так в Аду гореть…», Лави ответил на поцелуй. На пол полетели полотенце, рубашка и ремень. Ной прижал к себе бедра Историка и слегка поцарапал кожу на них. Ответом был тихий стон. Микк ухмыльнулся и потянул его в сторону кровати. На какой-то миг граф оторвался от Книгочея и прошептал:
- Только похоть…
- … не более, - прозвучал такой же тихий ответ.
Тикки улыбнулся, опустил парня на кровать и снова припал к его шее. «Ничего личного…Пожалуй, меня это устраивает…», Лави положил руки на талию Ноя и забылся…
    Дрожащие пальцы, запутавшиеся в волосах… Мерцание глаз в полумраке комнаты… терпкий, яркий, одуряющий, как никогда, аромат кожи туманит голову, завораживает, притягивает, лишает рассудка…Поцелуй.  Лави до синяков сжал плечи Ноя, отдаваясь его губам. «Нельзя!»,  завопило что-то в его голове. «Нельзя, не смей! Он враг!» Почти крича от отчаяния, Лави заставил себя прервать поцелуй. И тут же услышал хриплый, почти жалобный стон, увидел, как Тикки рванулся к нему, снова притягивая к себе… Увидел безумный, голодный блеск в его глазах… Все тело охватил жар. Оба теряли над собой контроль. То, что оба чувствовал сейчас, не было похоже ни на что, испытанное ранее.
Хоть это и было просто похотью… животным желанием…такой ласки и нежности никто из них не получал ни от кого и никогда. Они словно двое сирот, никогда не знавших материнской любви, которые сидят зимней ночью и жмутся друг к другу, желая согреться. В комнате были слышны лишь звуки прерывистого дыхания и поцелуев… «Да, такой расклад меня вполне устраивает…»

Глава 5. Мальчик и пианино.

«…Жизнь наша помнится другими.
По дарам, которые мы оставляем после смерти…»
Майло Течч

Ему снова не спалось. «И как Канда ухитряется уснуть во что бы то ни стало?!», Аллен перевел глаза на спящего и слегка улыбнулся. Он безумно любил Ю Бодрствующего, но Ю Спящего он обожал еще больше. Если смотреть на спящего Ю, то можно решить, что это мальчишка не старше пятнадцати лет.
Уолкер потер плечо: оно болело,  не переставая. Взгляд опять упал на Ю. Англичанин не раз видел, как раненого Ю обволакивает синеватый свет, после которого все его раны затягивались намного быстрее, чем того требовала физиология. Он не хотел спрашивать, по какой причине так получалось, но догадывался, что это связано с татуировкой у него на груди.
Наконец, англичанину надоело сидеть просто так. Он слез с подоконника, надел футболку и вышел прочь из комнаты самурая… Ноги сами привели его в Ковчег, в комнату Четырнадцатого. Отражение в стекле просто посмотрело на него и не стало ничего говорить. «Странно, обычно он, хотя бы здоровается…» Аллен сел на диван и уставился на пианино. Когда, после задания, ему стало плохо, он отчетливо слышал, как кто-то в голове вел обратный отсчет от двадцати. Механический стальной голос отчеканивал каждую цифру… Но, почему-то, запинался на четырнадцати или пятнадцати. Как будто зажевывало пластинку.
За этими мыслями и воспоминаниями он не заметил, как уснул…
__

После завтрака собрались у Комуи. Никому не давали покоя последние слова Акумы.
- Может Граф остался в живых? – предположил Крори.
- Это вряд ли. А, если он и жив, то, едва ли, будет способен на какую-либо деятельность в ближайшую тысячу лет, - Канда сложил руки на груди и оперся о стол Смотрителя.
- Кто-то из семьи Ноев? – Крори сейчас был больше похож на ребенка возраста «почемучки», нежели на грозного вампира, - Ведь то, что они проиграли, вовсе не означает, что их семейка теперь имеет меньше причин ненавидеть людей или Невинность.
- Тут ты прав, - Аллен сидел на корточках, опершись спиной на книжные полки, - Но есть одно «Но!»: я уничтожил их Ковчег, включая и новое Яйцо. А за старым они не совались. Да и вряд ли будут.
- Тогда кто? Или что? – Комуи подвел черту.
- Лично у меня два варианта: либо Нои занимаются самодеятельностью, либо этим же занимаются Акумы.
- Второе отпадает ввиду последних событий, - Канда посмотрел на него, как отец смотрит на сына-двоечника.
- Да, - Аристар почесал затылок.
- Полагаю, разговор окончен? – спросил Комуи.
- Хоть мы так ни к чему и не пришли, но… Да, - поставил точку Ю.
Все кивнули и вышли из комнаты. Канда еще некоторое время поразмышлял над словами вампира и решил, все-таки, разбираться с проблемами по мере их поступления.
- Уолкер! Как насчет небольшого спарринга? – он избрал наиболее любимый способ отвлекания от проблем этого бренного мира.
- Не откажусь! – азартный блеск в глазах, - Ты дерешься, как девчонка! Я даже с больным плечом тебя сделаю!
- Это мы еще посмотрим! – полуулыбка с какими-то лукаво-выжидающими нотками.

Но дуэли было не суждено состояться сегодня: только ребята отошли от кабинета Комуи, как голову Аллена пронзила страшная боль. Он закричал и рухнул на пол.

«20, 19, 18, 17, 16…»

Отсчет снова повторился. Только теперь, не различимый прежде, он напоминал женский сопрано и звучал, как песня. Это было невыносимо и потерять сознание было лучшим щитом для организма. Клоун безвольно обмяк на руках мечника.
- Уолкер! Уолкер! – звал Канда, теребя седого парня за плечо.
- Он жив, но без сознания, - вынес вердикт Комуи, прилетевший на крик, - Его в лазарет нужно.
Самурай кивнул, взял Уолкера на руки и понес в сторону медпункта. Остальные шли, нет, бежали (за Кандой можно было поспевать только бегом) следом. Где-то на половине пути Аллен, не приходя в себя заговорил:
- 20…и вылейте семь чаш гнева Божьего на землю… 19…пошел первый ангел и вылил свою чашу на землю: и сделались жестокие и отвратительные гнойные раны на людях…18…второй ангел вылил свою чашу в море: и сделалась кровь, как бы мертвеца
и все одушевленное умерло в море…17…все истребилось с земли…16…остался только Ной и что было с ним в ковчеге…
- Что за… Что за бред он несет?
- Это текст из Библии, - Комуи говорил где-то за спиной, - Он говорит о Всемирном потопе и Ное…
__

Смотритель спускался на лифте к Хевласке. Аллен окончательно потерял сознание и сейчас лежал в лазарете. Канда сказал, что так уже случалось после задания в Бутане. Но тогда он ненадолго отключился и все.
Вот он зал Верховных Генералов. Из мрака возникает сияющий силуэт самого старого экзорциста в Черном Ордене. Со времени победы над Графом она стала сиять гораздо ярче. И это понятно: ведь, помимо Невинности, в ней теперь хранилось еще и Сердце Чистой Силы.
- Здравствуй, Комуи. Давно не заходил.
- Здравствуй. Времени все не было. С Графом разобрались, но проблем от этого не убавилось. Вот и сейчас я к тебе по делу.
- Что случилось?
И Комуи рассказал ей все о приступах, о словах, которые говорил Уолкер в бреду… Хевласка подумала некоторое время и сказала так:
- У меня есть одна идея. Но она тебе, вряд ли, понравится.
- Говори. Я рад любым идеям.
- Возможно, в мальчике пробуждается Четырнадцатый.
- Но как?! В нем же только воспоминания об управлении Ковчегом?!
-  Да. Но эта память постоянно вступала в конфликт с личностью Уолкера. И, по всей видимости, экзорцист стал уступать Ною. Других объяснений я не вижу.
- Но, если ты права, то, в противном случае, Невинность его погубит!
- Если случай станет «противным», то я выну из него Невинность.
- Хорошо. Спасибо, Хевласка.
- Всегда – пожалуйста, - она изобразила некоторое подобие улыбки и Смотрителю стало как-то легче на душе…

Глава 6. Холодные ладони.

- АПЧХИ!
Он-таки заболел! На улице несколько дней подряд шел дождь. Ну, нашему Лави ведь все ни по чем! Вот он и шастал по улице в ливень. Что называется: «Вот вам и результат!». Теперь он чихает, кашляет и у него температура. Если бы был жив Панда, он сначала ударил бы его как следует, затем вылечил своими иглами, а затем еще раз ударил, но посильнее.
День в магазине казался бесконечной каторгой. И ведь надо же было случиться такому, чтобы всех резко пробило на медицину! Уже хотелось послать все гораздо дальше, чем к черту, но он снова чихнул и эта идея вылетела из головы. Опять вспомнился старик. «Раз начал писать главу самостоятельно – пиши до конца и на совесть», - внутренний голос сильно смахивал на голос Панды.
Когда отпускал товар очередной покупательнице, очень сильно захотелось прокашляться, но, чтобы никого не заразить, пришлось сдержаться. Но кашлянуть, все равно, пришлось. Женщина посмотрела на него, улыбнулась и стремительно вышла из магазина.
Каково было удивление Историка, когда в обед эта же самая женщина снова пришла к магазину. Только не в качестве покупательницы, а в качестве знахарки. Она принесла ему травяного чая, немного меда и очень кислого варенья.
- Вот, возьмите. Меня этим в детстве лечили. Помогало очень хорошо.
Лави пару раз хлопнул глазами и взял сверток.
- Спасибо Вам огромное.
- Да не за что. Чай пейте с этим вареньем два раза в день, мед смешивайте с молоком и пейте перед сном. Через несколько дней должно стать получше. А я пойду. До свидания.
- До свидания. Еще раз спасибо.
- Обращайтесь, - она по-матерински улыбнулась и вышла из лавки.
«Все-таки, не все люди безнадежны…», рыжий сделал пометку в свой внутренний блокнот и пошел ставить чайник. Почему-то вспомнился Тикки Микк. Они были вместе уже чуть больше недели. «Вместе», тихая усмешка. Так говорят про тех, кто любит друг друга. А они, всего лишь, удовлетворяли свои простые потребности. Дико? Может… Но их обоих это устраивало. Лави заварил чаю, положил в него ложку варенья и стал пить. В голову снова полез Тикки Микк. «Если бы ребята в Ордене узнали про мои похождения, они бы меня на кусочки порубили. Но… Я свободный человек, не экзорцист. Да и война давно закончилась… В конце концов мне тоже надо на что-то тратить свое Эго! Аллен тратит его на Канду, Линали на этого парня из Азиатского управления… Почему я не могу тратить его на Тикки Мика?! Я не утверждаю, что поступаю правильно. Но я поступаю по сердцу. Хотя, какое тут сердце? Тело. Не более. Хотя… Чего скрывать от самого себя: я жду его. Жду каждый вечер. Старик, видел бы ты меня сейчас! За эту неделю с небольшим я уже нарушил столько правил, сколько не нарушил за годы, проведенные в Ордене! Ты бы сказал, что Историкам не нужно сердце для своей работы. Его можно убрать и забыть. Я, возможно, так и сделаю, но потом… О чем это я? Это же только похоть…»
__

Вечером ему, все равно, стало хуже. Он весь обливался потом, хотя его бил дикий озноб.  Историк завернулся в одеяло и старался заснуть. Даже тихие шаги сзади не повлекли за собой никакой реакции.
- А где сарказмы и остроты, которыми ты меня обычно встречаешь?
- Пошел к черту, - сил хватило только на это.
- Что это с твоим голосом? – Тикки подошел к кровати и развернул к себе рыжего.
- Отстань… не до тебя…
Микк коснулся лба Лави. «Да у него жар! И причем не слабый! Надо что-то сделать», граф куда-то исчез.
Появился он примерно минут через двадцать. В его руках был какой-то сверток.
- Где ты был?
- В аптеке.
- А то, что они ночью закрыты тебя не волнует?
- Для меня не существует понятия «Закрыто»…
Послышалось шуршание и плеск воды. На лоб Лави легла влажная повязка, а к губам поднесли кружку с каким-то настоем. Книжник приподнялся, послушно все выпил и лег  обратно.
- И с чего такая забота? – спросил Лави и тут же ощутил как руки Микка едва заметно дернулись. Тикки выдержал паузу в несколько секунд и, усмехаясь, ответил:
- Не хочу, чтобы любимая игрушка сломалась раньше времени.
- Ну вот. А я уже польстился…
- Что-то, для больного и умирающего, твой голос стал слишком бодр.
- Да пошел ты, - лекарство и запах трав, исходящий от повязки и рук Ноя, сбили озноб и начали утаскивать его в сон. Через десять минут Историк крепко спал.
Тикки сидел рядом с кроватью рыжего и смотрел на его сон. Тот полежал немного спиной к нему и перевернулся на другой бок, из-за чего его руки оказались вне площади, охватываемой одеялом. Микк коснулся ладоней Историка, желая снова укрыть их.
- У тебя ладони ледяные, - улетело скорее в пустоту, чем к кому-то конкретному.
Он мягко и осторожно, чтобы не разбудить парня, взял его руки в свои и слегка коснулся губами, согревая…

Глава 7. Сердце статуи.

Он плохо помнил, когда окончательно потерял сознание. Песня в голове резко оборвалась и он оказался посреди длиннющего и широкого коридора. Высокие белые стены без окон и дверей уходили далеко вперед. Уолкер решил идти…
Шел он долго и, от скуки, решил считать свои шаги. Только счет выходил не обычным, а обратным. Это был обратный отсчет. Но Аллену казалось, что так и надо. Через метров семьдесят он стал различать тоненький голосок, который постепенно становился отчетливей. Уолкер, все равно, не понимал, о чем он вешает. Еще через метров пятьдесят-шестьдесят англичанин увидел маленькую девочку. На вид ей было лет семь, не более. Белая мраморная кожа, белые кудряшки до плеч, пышное лиловое платьице с рукавами-фонариками. Она лежала на животе, подперев подбородок маленькими кулачками. Перед малышкой лежала здоровая книга. Черный, толстый, старый фолиант был открыт ровно на середине. Аллен подошел ближе, желая узнать, на что та смотрит. Он сел рядом с девочкой и уставился в книгу. Девочка подняла на него серьезный взгляд и сказала, с легкостью поворачивая книгу:
- Почитай мне. Я не умею.
- Хорошо, - он придвинул книгу к себе, отметив, что она очень тяжелая, и начал чтение:
- И вылейте семь чаш гнева Божьего на землю. Пошел первый ангел и вылил свою чашу на землю: и сделались жестокие и отвратительные гнойные раны на людях. Второй ангел вылил свою чашу в море: и сделалась кровь, как бы мертвеца. И все одушевленное умерло в море. Все истребилось с земли. Остался только Ной и что было с ним в ковчеге…
Когда он закончил чтение, девчушка встала, подошла к нему и, со словами «Тебе пора, господин экзорцист. Еще рано…», слегка толкнула его в плечо. Толчок был слабым, но его хватило, чтобы Алле опрокинулся на спину. Но удара о пол, мощеный под шахматную доску, он не почувствовал. Вместо этого англичанин ощутил пронизывающее странное чувство: не холод, и не жар. А потом он очнулся на одной из коек лазарета…
Сесть получилось только раза с четвертого. Уолкер осмотрелся. Прямо рядом с ним, опираясь на прикроватную тумбочку и зажав в руках Муген, спал Канда, который, впрочем, почти тут же проснулся, услышав возню.
- Аллен! – он сорвался с места и сел перед любовником, - Как ты?
- Просто отвратительно. Голова раскалывается. Долго я был в отключке?
- Часов пятнадцать. Может чуть больше, - он притянул его к себе и прижался лбом ко лбу Аллена.
Уолкер положил ладонь к нему на шею и поцеловал. Близость этого человека – единственное, что ему было нужно в эту секунду. Ощущать шелк волос, мягкость губ, жар тела. В Аллене проснулся голод. Он изголодался по прикосновениям и ласкам. Канда мягко опустил его на кровать и начал скользить губами по груди, постепенно спускаясь к паху. Аллен выжидающе закусил губу и дернул бедрами вверх. Ю остановился и вернулся к лицу англичанина.
- Ты так сильно хочешь меня?
- Да, - от ощущения дыхания самурая на губах не хватает воздуха.
- Хорошо, - японец вернулся в прежнюю позицию и взял в рот набухшую плоть.
- Ю… ммм… Ю, - чтобы не застонать во весь голос, Аллен прикусил указательный палец на одной руке и сжал простыню в другой…
__

Утром пришла медсестра, осмотрела Уолкера и, не выявив повреждений, отпустила. Канда предусмотрительно перелег на другую кровать. Хотя, женщина, все равно, посмотрела на него косо. «И вообще! Как он добился разрешения остаться здесь?!», Уолкер тоже косо глянул на Ю, но вопрос не озвучил. Короче, завтракать англичанин мог уже не в больничной кровати, а со всеми вместе...
Друзья поприветствовали его радостными выкриками и вопросами о его самочувствии. Завтрак прошел спокойно. А вот день и вечер – не очень. Но обо всем по порядку…
После завтрака Комуи позвал к себе Канду, Чаоджи и Крори.
- Ребята, для вас есть задание. В Будапеште, в доме местного богача мистера Тримелли, появилась одна любопытная деталька – статуя, отвечающая на молитвы.
- Невинность?
- Возможно. Акум там не было. Так что, думаю, что проблем не будет. Вот все материалы по этому делу. Пусть Аллен отведет вас к нужной двери в Ковчеге. Удачи.
- Угу, - ответ получился синхронным.
Экзорцисты встали и вышли из кабинета.
__

- Так. Будапешт… Будапешт… Ага! – Аллен устремился в нужном направлении. Остальные поспешили за ним. Когда Уолкер целенаправленно шел куда-то, за ним можно было успеть только бегом.
- Вот. Вам сюда, - он открыл дверь и ребята увидели перерытую лесную дорогу.
- Идем, - первым в дверной проем вошел Чаоджи, следом Крори.
Когда Канда проходи мимо Аллена, тот сказал:
- Я жду.
- Я вернусь, - последовал короткий ответ. Эти слова уже давно заменили им прощание и служили оберегающей мантрой.
__

Нужный дом отыскали быстро. Дверь открыла миловидная старушка-гувернантка.
- Мы из Черного Ордена и хотим видеть хозяина дома, - Крори сделал небольшой шаг вперед.
- Да. Хорошо. Хозяин дома. Сейчас позову, а вы проходите, - она мило улыбнулась, но Канде эта улыбка не понравилась. От женщины веяло совершенно другой аурой: мрачной и тяжелой.
Они вошли в дом. Холл был очень аккуратным, выполненным в изумрудно-серебряных тонах и с очень тонким вкусом. Служанка еще раз улыбнулась, дернула за какой-то шнурок и ушла. Хозяин появился буквально через пару минут. Это бы миловидный мужчина преклонных лет. Этакий дядюшка Дросельмаер. Его легко можно было представить сидящим в окружении ребятни и рассказывающим сказки.
- Добрый день. Вы люди из Ордена? Прекрасно! Пойдемте со мной.
Они прошли вглубь дома и спустились по неширокой лестнице в какой-то полуподвал. В нем было большое число разных статуй. В центре залы возвышалась скульптура девушки в накидке. Она грустно смотрела вдаль, сложив руки на груди.
- Вот, собственно, и она. Это началось неделю назад, когда я только привез ее. Сначала, преимущественно ночью, в доме был слышен стук бьющегося сердца. Через пару дней я взял новую гувернантку. У нее сильно болела нога, и она в сердцах взмолилась. День спустя боли ушли. Потом подобная история повторилась и с другими моими слугами. Вот.
- Вы думаете, что это из-за статуи?
- Других объяснений я не вижу.
Канда хмыкнул, подошел к статуе, коснулся ее рукой и прикрыл глаза. «Если мы приехали зря, я убью Комуи…» Где-то в глубине сознания послышался стук сердца и тихий женский голос. Самурай улыбнулся и подумал: «Ками-сама, сохрани Аллена». Потом вытащил Муген и разрубил статую.
- Что вы творите?!
- Свою работу.
Статуя развалилась напополам и на пол упала частица Невинности.
- Что это? – старик попытался дотронуться до сияющего кристалла, но Канда сделал это раньше.
- Это не ваше дело, - он перевел взгляд на Крори и Чаоджи, - Идем.
Но дорогу им преградили: перед экзорцистами упала одна из статуй. Они обернулись и увидели такую картину: обезглавленный хозяин дома, а за ним та самая гувернантка и стряхивала кровь с перчаток. Ребята напряглись. Служанка посмотрела на них и начала меняться на глазах…
Болезненного оттенка кожа, стигматы, длинные волосы, перевязанные лентой. Перед ребятами стояла Страсть Ноя – Лулу Белл… Зубы Аристара тут же заострились, руки Чаоджи покрылись зеленым светом, Канда обнажил меч. Они уже хотели атаковать, но им снова преградили дорогу. На этот раз: трое Акум.
- Я не собираюсь с вами драться. Я просто должна передать сообщение.
- От кого? – гневно бросил Чаоджи.
- От того, кто послал меня. Он сказал: «Меня не остановить, экзорцисты. Скоро с вас всех снимут головы»
Когда она замолчала, за ее спиной открылась дверь и Ной вышла через нее. Акумы, ко всеобщему удивлению, последовали примеру Лулу Белл. Дверь закрылась и исчезла.
__

- Я думаю, что выражу общее мнение, спросив: «КАКОГО ЧЕРТА?!», - Аллен решительно ничего не понимал.
Ребята вернулись и во всех подробностях описали произошедшее.
- Если послание передает член семьи Ноев, а не Акумы, как было при Графе, то кто же дергает за ниточки? – вопрос Мари был отправлен скорее в пустоту, чем кому-то конкретному.
- Знаете, я начинаю сомневаться, что Граф исчез. Комуи, что думаешь? – бросил Канда через плечо.
- Чтобы делать какие-то новые выводы, нужно больше информации. Я мобилизовал всех Искателей. Авось, что и откопаем.
- А нам чем заниматься?
- Делать свое дело. Искатели соберут информацию, мы обработаем, вы будете действовать. А пока набирайтесь сил. Надеюсь, это не перерастет в новую войну…
- Да уж… - Уолкер снова высказал общее мнение.
- Ладно. На сегодня все, все свободны.
Экзорцисты покинули кабинет Смотрителя, оставляя того наедине с мыслями и догадками…

Глава 8. Оправдание.

  Когда он уходил, Лави еще спал. Это казалось необычным. Ведь, Историк всегда просыпался раньше, принимал душ и опускался в кресло, ожидая, когда проснется Ной. Потом следовали пара ругательств и просьба убраться поскорее из его обиталища. Когда граф доходил до двери, Историк, все же, говорил «Пока» или «Увидимся». Но сегодня все пошло по другому сценарию. Раньше проснулся Тикки. Почему-то не захотелось будить Лави и прощаться. Все равно, он уже знал, что последует потом.
Тикки застегнул рубашку, пригладил волосы и направился к выходу. Можно было, конечно, воспользоваться дверью Роад, но ему захотелось прогуляться. Микк подошел к двери, открыл ее… чертыхнулся и, с мыслью «Себе можешь не врать, идиот…», развернулся, подошел к кровати и аккуратно прижался к губам спящего. Вот теперь можно уйти…
Если бы он задержался на несколько секунд и посмотрел, то увидел бы, как открывается зеленый глаз и рука тянется к губам. Ведь не было в этом поцелуе того звериного желания, которое оба демонстрировали ночами. В нем было что-то другое, что и тот и другой, а может только другой, не хотели признавать.

Утро было довольно хмурым. А чего вы ожидали от ноября? На улице никого не было и можно было побыть со своими мыслями наедине… «О чем ты думал, когда пришел к нему? Ведь так все всегда и кончается! Посчитал себя особенным? Глупо… Дурак… «Пришел, увидел, победил»? Ха! Как же! Если все было так просто! Лучше сразу убейте меня! Хотя, не надо. У меня еще есть планы на ближайшее время…»
- Тикки… Чего такой грустный?
- Привет, Роад. Да так… Мысли, размышления.
- Ясно. Слушай, я тут спросить хотела… А куда ты каждую ночь деваешься? Я хочу поиграть, а тебя как след простыл… Обидно, знаешь ли!
- Ну я же сейчас здесь, верно? И мы можем поиграть, - он потрепал девчонку по волосам.
- Эй! Не порти прическу!
- Прости, прости, - он поднял руки вверх, - Идем домой.
- Да, пойдем, - Роад открыла дверь и они исчезли из виду.
__

Лави не спал с того момента, когда Тикки попытался выйти из квартиры в первый раз. Поцелуй моментально привел его в чувства. Вернее, поставил его собственные на место. «Только похоть? Что-то мне подсказывает, что уже нет. Я прав, граф? А сам-то?», горькая усмешка… Он провел пальцами по губам и уткнулся в подушку…
__

Тикки потянулся и плюхнулся в кресло. Спину саднило. Микк улыбнулся и в голове всплыл образ Книгочея. Роад сидела на ковре и пришивала глаза огромному медведю. Из темноты вышла Лулу Белл и села за кофейный столик. Молчаливая служанка со звездой во лбу принесла ей кофе.
- Когда действуем дальше, Тикки?
Граф откинулся назад и потер подбородок.
- Нападать на Черный Орден еще рано. Нужно послать им второе предупреждение…
- Почему ты не хочешь нападать на Орден? – Камелот отложила медведя в сторону и теперь внимательно смотрела на Тикки, - Почему не сделать это прямо завтра?! У нас ведь все готово!
- …
- Ты ждешь какого-то момента? – девочка подошла к нему вплотную.
- Нет. Он ищет оправдание, - Страсть отставила чашку и посмотрела на мужчину пытающим взглядом, - Я права…
Микк молчал.
- Значит – права.
- Почему ты так решила? – Роад посмотрела на женщину.
- По глазам вижу. В последнее время они горят таким пламенем, которого я в жизни не видела. Только так я могу объяснить все наши задержки. Ты хочешь оправдаться. Сказать, что у тебя не было другого выбора, кроме как – нападать.
Граф посмотрел на Лулу Белл. «Как она догадалась?! Только бы не выдать свои чувства. Она не должна понять! Черт, ты слишком проницательна! За это я тобой и восхищаюсь…»
- Тиккиии… - Роад снова посмотрела на него.
Ной подался вперед и спрятал лицо в ладонях. Лулу права: нужно начинать действовать. Во имя клятвы, данной Графу. Он сделал глубокий вдох и поднял глаза на девушек.
- Хорошо. Раз все в нетерпении, тогда начнем.
Роад широко улыбнулась (вернее, ее улыбка была скорее похожа на оскал). Белл тоже улыбнулась, но мягче.
- Начнем с Азиатского Управления. Давно мы к ним не заглядывали. Роад…
- Да, Тикки.
- Ты, кажется, хотела поиграть. Займешься?
- Конечно! – она звонко чмокнула графа в щеку и вылетела из комнаты.
- Лулу, поможешь ей подготовиться? Она спокойно может забыть о чем-нибудь…
- Хорошо. Да славится Эпоха Побежденных?! – Лулу Белл поднялась со своего места.
- Да славится…
Женщина слегка наклонила голову и отправилась следом за девочкой. Тикки зарыл пальцы в волосы. «Прости меня. Прости, пожалуйста…»

Отредактировано Кира Волкова (2009-10-04 14:50:52)

0

12

Глава 9. Иуда.

Бак сошел с Ковчега и, вдохнув полной грудью, осмотрелся по сторонам. Как же, все-таки, здорово, что есть такое средство передвижения! Можно водить девушку на свидание, куда угодно! Преградой служит лишь собственная фантазия: утром можно прогуляться по Голландским городам, днем пообедать где-нибудь в итальянском ресторане, вечером пройтись по яркой южной набережной – и все в один день! Но любое удовольствие имеет свойство заканчиваться: прямо у входа стояла Фоу, уперев руки в бока и гневно притопывая ногой.
- Нет, я все понимаю – любовь превыше всего – но не оставлять же на такое долгое время свой пост!!! Тебя не было целый день!!! А кому прикажешь разбираться с делами!!! Мы с ног сбились!!! – девушка взлетела по лестнице и дала Баку по голове, - Бака Бак!!!
Она уже собиралась еще раз его ударить, как вдруг, резко замерла на месте, ее глаза заволокла белая пелена, а руки так и остались в поднятом положении.
- Фоу! Фоу! Что такое? – директор схватил ее за плечи.
- Акумы. Двадцать или двадцать пять. С ними еще кто-то, не понимаю кто.
- Не Акума?
- Нет. Человек.
- Ной… Установи защиту, - он быстро обошел стражницу и выкрикнул, - ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! АКУМЫ! ДЕЙСТВУЕМ ПО ПЛАНУ «16.08»!
Сотрудники Управления начали действовать согласно указанному плану. Бак кинулся в зал Стражницы…
__

Они были в столовой, когда Тимкампи, как впрочем и многие другие големы, разразился голосом оператора:
- Срочно! Следующим экзорцистам проследовать к Ковчегу: Линали Ли, Миранда Лотто, Аллен Уолкер, Канда Ю. Всем вышеперечисленным экзорцистам проследовать к Ковчегу. Канда и Уолкер переглянулись и кинулись в указанное место.
Подоспели они последними. Перед Ковчегом, на руках Комуи лежала раненая Роу Фа.
- Что случилось?
- На Азиатское подразделение напали. Там, возможно, еще есть Акумы. Отправляйтесь туда немедленно!
Ребята кивнули и вошли в Ковчег…

Руины – вот, что они увидели. Раскуроченное здание, стоны раненых, запекшаяся кровь. Линали поднесла руки к лицу и осела на пол.
- Надо осмотреть все и отыскать живых и раненых.
Ребята разбежались по разным сторонам. Канда был в шоке: такого даже он не ожидал увидеть. «Кто мог такое устроить? Кому это нужно?» Он обходил разрушенные коридоры и не мог понять, кто устроил все это. Хотя, нет. Он понимал, что здесь побывали Акумы и, возможно, кто-то из семьи Ноя…
На пути самурая не встретилось ни живых, ни раненых, ни мертвых. Японец вернулся к Ковчегу. Там уже были Аллен и Миранда.
- Нашли кого-нибудь?
- Только пару Акум.
- Я проверила лабораторию: там только плащи сотрудников. А где Линали? – Лотто огляделась вокруг себя.
- Не знаю, - Аллен почесал затылок, - Разве что…она пошла искать Директора Бака. Пойду в его кабинет и посмотрю. Может, она там…
- Я с тобой.
- Я тоже.

Ли действительно была в кабинете директора Азиатского Управления. А на ее руках был сам директор. Мертвый.
- Бак! – Уолкер кинулся к девушке. Линали всю трясло, но она уже не плакала. Просто подняла глаза на англичанина и заговорила сбивчивым шепотом:
- За что? За что? У них даже экзорцистов не было. Что они сделали плохого? Что, Аллен?
Парень бережно обнял ее и погладил по волосам.
- Тише, тише. Ребята ни в чем не виноваты. Я обещаю тебе, что найду того ублюдка, который сделал это с Баком. Обещаю…
- Хи хи хи хи…
По зданию разнесся чей-то противный голос. Экзорцисты обернулись и увидели до боли знакомую фигурку воплощения Мечтаний Ноя.
- Роад, - прошипел Уолкер сквозь зубы, - Так это твоя работа?
- Приветик, Аллен. Я по тебе соскучилась. А ты стал еще красивее. Я влюбляюсь в тебя еще больше!
- Отвечай, это ты сделала?! – Канда направил на нее Муген.
- Почти. Это сделано по приказу Проклятого Побежденного.
- Кто он такой?
- Скоро узнаете. Скоро узнаете… - она усмехнулась и исчезла в дверях, открывшихся сзади.
- Черт, - Клоун со всей дури ударил по полу.
- Ладно, пойдемте. Нам здесь больше делать нечего, - Ю убрал меч в ножны и подошел к Уолкеру.
- Не оставляйте его, - Линали подняла умоляющий взгляд на парней.
- Не оставим, не переживай, - Канда взял тело Бака на руки и пошел к Ковчегу…
__

Аллен сделал глубокий вдох и постучал в дверь.
- Кто там? – надломленный голос.
- Линали, это я.
- Заходи.
Англичанин вошел в темную комнату и на него тут же вылилась аура скорби и тоски. Он подошел к девушке, сидевшей на кровати, и обнял ее.
- Ты как?
- Уже лучше. Но я до сих пор не понимаю, почему они напали на них…
- Это мне ведомо.
Девушка уткнулась ему в плечо и заплакала. Уолкер поцеловал ее в макушку и обнял. Китаянка положила руки к нему на плечи.
- Аллен… - она подалась в перед и поцеловала Клоуна.
- Что ты делаешь? – Аллен попытался отстраниться.
- Помоги мне успокоиться. Я не могу выкинуть из головы образ мертвого Бака, - она опустила его на спину.
«Черт! Нельзя! Не смей! Я не могу! Нет! Ю!», он отчаянно пытался вырваться из пучины, в которую его увлекала девушка, но одновременно и понимал, что не может просто встать и выйти, оставив Ли одну. Он обреченно выдохнул и закрыл глаза…
__

- Ты не пришел ночью.
- Заснул у себя в комнате, прости.
- Ничего страшного, - Канда подошел к Аллену вплотную и поцеловал в лоб. Что-то неуловимое исходило от проклятого. Какой-то сладкий запах, чужой запах. Ум тут же подкинул ответ.
- Ты был с Линали, да?
Глаза Уолкера расширились и он сделал шаг назад.
- Не молчи.
- Да… Ю, я…
Самурай поднял руку, прося того замолчать.
- Не надо оправданий. Я прекрасно понимаю, что в силу своих физиологических особенностей, не могу дать тебе того, что может дать тебе девушка.
- Ю…
Японец мотнул головой и вышел. Аллен облокотился о стену и закрыл лицо руками. «Иуда… Иуда… Я – Иуда…»

Глава 10. Обрученные.

Лави пролежал в кровати до полудня. Он просто смотрел в потолок и думал над утренними действиями Тикки. Его поступок казался Историку диким. Но еще более ненормальным было то, что после поцелуя сердце сладко заныло и захотелось, чтобы секундное касание губ Ноя длилось вечность. Рыжий еле сдержался, чтобы не ответить. С этим поцелуем все встало на место. Это-то и пугало парня. «Надо поскорей уехать от сюда и забыть все, как страшный сон. Не хочу больше его видеть. Или хочу? Черт, о чем я думаю?», он чертыхнулся, откинул одеяло и пошел в душ, который в последнее время заменил ему практически любое лекарство.
Кипяток обжигал кожу, но Лави не чувствовал боли. Он облокотился одним плечом о стену, подставив другое под воду, и выводил пальцем непонятные линии…

Т
И
К
К
И

Парень усмехнулся, провел рукой по буквам на запотевшей стене и облокотился на спину, подставляя лицо струям. Правда, вода касалась только подбородка.

В дверь постучали. Лави положил вилку на стол и направился к ней.
- Кто там?
- Здесь живет господин Ксандр?
- Да, - а он и забыл про это имя.
- Вам письмо.
Историк отворил дверь и парень лет восемнадцати протянул ему конверт. Рыжий взял послание и парень ушел. «А кого ты ожидал там увидеть, идиот? Может, аристократа с букетом фиалок? Ха», парень усмехнулся сам себе (в последнее время это вошло в привычку) и вскрыл письмо.

Здравствуйте, господин Ксандр.
Хочу с радостью сообщить, что мы нашли то, о чем Вы говорили. Но, без Вашей помощи нам не перевести столь сложный документ. Поэтому, покорнейше прошу Вас как можно скорее приехать в нашу библиотеку.
                                                                                                                     Отец Питер.

П.С. Мы позволяем Вам, в качестве благодарности, воспользоваться нашим архивом.

Лави смял бумагу и бросил ее в камин. «Ксандр» - его пятидесятое имя... Ну, вот и все. Осталось собрать вещи и он никогда больше не будет «Лави».

- Лави…

В голове всплыл голос, к которому тут же добавился и его обладатель. По телу пробежала сладкая дрожь: ведь цепочка ассоциаций на этом не закончилась.
- Придурок! Выброси это из головы! – прокричал он себе.
Но, разве из-за этого что-то изменится? Он до крови закусил губу и сполз на пол.

Так, отчаянно борясь с собой, Лави просидел минут сорок. «Надо сходить к старику и сказать, что уезжаю», Книжник вздохнул, встал, накинул пальто и вышел из квартиры.
Дежа вю. Это, определенно, дежа вю! Старик сидел в точности такой же позе, что и пару недель назад: по макушку в книгах и что-то писал.
- Здравствуйте, мистер Хилл.
- О, Лави, здравствуй. Что-то случилось? Срок оплаты еще не пришел.
- Да, я знаю. Я пришел сказать, что съезжаю. Скорее всего, сегодня ближе к ночи. Магазин мне больше не понадобится.
- Э…А…Хорошо.
- Ну вот и отлично. Ключи я принесу непосредственно перед отъездом. До свидания.
- До свидания, - старик улыбнулся и парень вышел из комнаты, - Ой, стой!
- Что такое?
- А книги из магазина? С ними что?
- Я отдаю их Вам. Они мне, все равно, не нужны, - Историк указал пальцем на голову, - Все свое ношу с собой.
- Хм. Ну, спасибо.
- Не за что, - Лави махнул рукой и ушел прочь.
__

Все вещи получилось уложить в небольшую торбу: взял он только некоторые документы, письменные принадлежности и кое-что из гардероба. Квартира, по доверенности, вверена мистеру Хиллу, а оставшиеся вещи он лавку подержанных товаров. «Ну, прощай «Лави». Надеюсь, мы больше не встретимся», он оделся, перекинул через плечо сумку и направился к двери.
Но за дверную ручку схватилась не его рука, а рука… Тикки Мика. Книжник нервно сглотнул: ведь рука торчала у него из живота!
- А ты не мог сделать это по-другому?
- Коридор узкий – мне тебя никак не обогнать.
- Убери руку, будь добр. Мне не совсем приятно так стоять.
- А! Да… - граф убрал руку и Историк развернулся к Ною, - Куда ты собрался?
- Я уезжаю.
- Куда?
- Подальше от сюда. Нам обоим так будет лучше.
- Почему ты решаешь за двоих? – в голосе Мика было слышно что-то горькое.
- О чем ты?
Тикки рванул сумку с плеча рыжего и притянул парня к себе.
- Что ты творишь?
Микк сжал куртку на спине Лави.
- Я люблю тебя.
Лави широко распахнул глаза и оперся спиной о дверь.
- Не молчи.
Парень слегка усмехнулся и положил руки графу на спину.
- Если тебе станет легче… Я тоже люблю тебя.
Тикки поднял на него глаза, посмотрел несколько секунд и резко притянул к себе для поцелуя. Лави застонал и рванул рубашку с плеч Удовольствий Ноя. Торба, плащ, рубашка, ремни, обувь, ободок, куртка – все полетело к чертям собачьим. Оба опустились на пол. Руки, губы, ноги, языки, пальцы – все слилось в один поток. Стоны, шепот, крики, слова, поцелуи – звуки, наполнившие комнату.
- Да… Тикки… Еще…
- Я хочу тебя… Всего…Без остатка…
- Люблю…
- Тебя…
Они оба заново родились. Новые чувства, новый жар тел, новая боль, новые касания. Лави наплевал на все и утонул в поцелуях графа.
__

- Уехать мне, все равно, придется. Работа.
- Я тебя найду везде.
- Не сомневаюсь… Вот, держи.
- Что это?
- Чтобы помнил.
Тикки улыбнулся и взял протянутый предмет.
- Теперь мы обручены…
- Классная ассоциация…
__

Рыжий вышел на улицу и вдохнул вечерний, немного морозный воздух. «Надо идти, пожалуй»
- Господин Лави! Господин Лави!
К нему бежал Искатель.
- Что такое?
- Смотритель просил передать, - он протянул небольшую записку.
Историк повел бровью и развернул бумагу…

«Лави! Прошу! Прибудь в Управление! Ты нам нужен! На Азиатский Отдел напали Нои…» 
 

Глава 11. Четырнадцать, пятнадцать.
 
Канда вышел из комнаты, отошел подальше от двери и прислонился затылком к стене. В сердце не было ни ненависти, ни боли, только грусть. Было грустно оттого, что не оградил Алена от ошибок, но Ю не мог ненавидеть парня потому, что любил. Он вздохнул и прикрыл глаза. «Аллен, Аллен, Аллен… Дурак ты, если решил, что я отдам тебя кому-то», подумал самурай (хотя, под словом «кто-то» подразумевался вполне конкретный человек).
- Канда, - голос, который он сейчас хотел слышать меньше всего, - Ты не видел Алена? Мне нужно поговорить с ним.
- Он, наверное, в своей комнате. Хотя, я не помню, чтобы он выходил из моей.
- Ясно, спасибо, - Линали не поинтересовалась, что англичанин делал в комнате Канды, а сразу побежала в указанном направлении.
«Не отдам», японец сжал кулаки и последовал за Ли. А что он сделает или скажет? Плевать на все, он не может потерять свое сердце.
- КТО-НИБУДЬ! НА ПОМОЩЬ! – крик доносился из глубины коридора.
Парень сорвался с места и кинулся на голос. Сердце почти выпрыгивало из груди. «Неужели с Алленом опять что-то случилось. Нет, не хочу этого. Уолкер, слышишь! Не смей!», он подбежал к комнате и замер, словно вкопанный.
Ли сидела посреди коридора, а на ее коленях без сознания лежал Аллен.
- Что случилось?!
- Мы вышли из комнаты, он схватился за голову и рухнул на пол.
Японец подлетел к ребятам и сел рядом. Англичанин был бледнее простыни.
- Его надо к врачу, - он достал голем, - Комуи, это Канда, Аллену снова плохо.
- Что с ним?
- Потерял сознание. Мы несем его в лазарет.
- Нет, ждите там. Я сейчас буду, - голос на другом конце затих.
Через несколько минут прибежали Комуи, Ривер и Мари.
- Что с ним?
- Потерял сознание и не подает признаков жизни.
Смотритель прощупал запястье проклятого.
- Пульс есть, но слабый. Надо… - он не успел договорить: Уолкер начал биться в конвульсиях и говорить на непонятном языке. Его левая рука против воли хозяина потянулась к шее.
- Какого черта?! – Ривер наморщил лоб.
- Невинность убивает его, - выражение лица китайца давало понять, что до Смотрителя дошла некая страшная истина, - Держите его.
Экзорцисты схватили руку англичанина и прижали к полу. Седой на миг замер и снова задрожал. Через минуту он пронзительно закричал и начал покрываться ожогами.
- Его нужно к Хевласке! Быстро!

- Что такое? – из темноты показалось зеленоватое сияние.
- Хевласка! Извлеки из Аллена Невинность! Пробуждается Четырнадцатый!
- Хорошо, - она мягко подняла юношу в воздух и запустила щупальца ему в руку…
__

«…Голова раскалывается. Где я? Что со мной? Я думаю, значит – я жив. Хотя, не факт. Так. В тело возвращаются ощущения. Я лежу и накрыт чем-то. Надо попробовать пошевелиться. Сначала руки – сжать в кулак... Есть. Теперь ноги – согнуть и разогнуть…Есть. Сделать глубокий вдох… Нигде не больно, значит – меня не били. Прислушаться… Тишина, отдаленные голоса и шаги, ветер. Надо открыть глаза…Белый потолок, вокруг несколько кроватей, к руке присоединена капельница. Видимо, я в лазарете. Но в каком именно? У кого? Что случилось? Кто принес? Надо попробовать сесть…Черт, это сложнее. На счет… Раз, два, ТРИ! Есть. Ммм… Как голова раскалывается. Что произошло?», Уолкер сидел на кровати, запустив пальцы в волосы, и ничего не понимал. Рядом не было никого, кто мог ответить на вопросы, разрывающие сознание.
Послышались шаги, и в комнату вошло несколько человек.
- Аллен, слава Богу. Ты как? Ты не приходил в сознание два дня! Как ты себя чувствуешь?
Уолкер посмотрел на того, кто говорил с ним и спросил:
- Кто ты?
- Аллен, ты не узнаешь меня?! Это я – Комуи. Аллен, ты помнишь хоть что-нибудь?
- «Аллен» - это мое имя?
- Да.
На кровать напротив парня сел еще один азиат.
- Уолкер, ты помнишь меня? У тебя в голове есть хоть какие-нибудь ассоциации? Уолкер!
- Нет. Я никого и ничего не помню.
- Черт. Комуи!
- Не смотри на меня так, Канда! Я не знаю, что произошло!
- Смотритель! – из кармана китайца вылетел голем, - К Вам идет господин Рувелье и еще несколько человек из Ватикана.
- Что!?
Дверь лазарета отворилась и вошел высокий мужчина в красном мундире.
- Я забираю мальчишку. Приказ Папы.
- Я не дам этого сделать!
- В нем пробудился Ной, и теперь парень не под вашей опекой, - Рувелье развернулся к своим спутникам, - Забирайте.
- Я не давал своего разрешения! – Комуи загородил собой кровать с Уолкером.
Канда достал катану и направил ее на тех, кто хотел подойти к англичанину.
- Тронете – разрублю на куски.
- Комуи, - в голосе Рувелье уже звучали угрожающие ноты, - Ты знаешь, чем чревато неповиновение Ватикану.
Смотритель закусил губы и замер.
- Прекрасно. Забирайте.
- Комуи! Неужели ты ничего не сделаешь?! – Ю попытался накинуться на противников, но китаец положил руку ему на плечо.
- Канда, не надо: сделаешь только хуже.
Самурай убрал Муген и молча наблюдал, как уводят его любовника. Сознание решительно отказывалось подавать признаки жизни…
__

- Нужно что-то делать с этим! Не сидеть же на месте! – Ю метался по кабинету Смотрителя.
Прошло уже два дня с тех пор, как увезли Уолкера. Все были на пределе. Канда и Комуи почти не выходили из кабинета Смотрителя. Миранде приходилось носить им еду прямо туда. На утро третьего дня в кабинет вступил Лави.
- Почему так долго?
- И тебе привет, Комуи. Я был во Франции.
- И?
- На дилижанс Рувелье напали.
- Кто?
- Оригинальный вопрос, Ю. Напали Акумы. Возможно, там был и кто-то из Ноев. Нет ни одного трупа, только одежда.
- А Аллен? – в глазах самурая вспыхнула паника.
- Я облазил все вокруг, но не нашел ни тела, ни одежды. Как в воздухе растворился.
Канда со всей дури ударил кулаком по столу.
- Не верю…

Глава 12. Новая иллюзия.
Это только сон. Мне все только снится.
Я проснусь, и любовь назад возвратиться.
И лишь только ты… Лишь только я.
Прости меня, моя любовь.
SPb-boys «Сон»

Лави вышел с территории города и направился в сторону Черного Ордена. В последние несколько дней он просто не знал, куда себя деть: весть о том, что Нои пришли в движение, поселила в Историке смешанные чувства. С одной стороны он был взбешен, с другой (более эгоистичной) – ему было плевать на все, лишь бы Тикки оставался рядом.
Книгочей был наедине со своими мыслями и не заметил, как к нему подошла девчушка лет тринадцати и спросила:
- Не приютите меня на одну ночь? А то я замерзла совсем.
- Нет, малышка, прости, - он даже не посмотрел на девочку, - Туда, где я живу, посторонних не пускают, - ответил рыжий и пошагал дальше.
Девочка, оставшаяся позади, крикнула ему вслед:
- Теперь Черному Ордену плевать на остальных людей! Я права, Историк?
Лави резко остановился и обернулся на девчонку, которая стояла и хищно скалилась.
- Роад?! Что ты забыла здесь?!
- Хочу поболтать. Ведь, с недавнего времени, у нас с тобой есть один общий интерес.
- О чем ты?
- О Тикки Микке. Да, я все знаю, - ее оскал стал еще шире, - Не надо делать такое удивленное лицо. Знаешь, у него есть одна особенность: если он задумается, то, неосознанно конечно, может начать говорить вслух. И, недавно, я услышала такую фразу: «Прости меня, Лави…» Забавно, правда?
- Что ты хочешь от меня? – рыжий старался сохранить самообладание.
- Абсолютно ничего. Хочу, только, рассказать одну историю. Перед последним своим сражением Граф собрал нас и попросил дать обещание: в случае его смерти закончить начатое – уничтожить Черный Орден.
- К чему ты клонишь?
- Это Тикки отдал приказ уничтожить Азиатское Управление.
Историк ощутимо напрягся.
- Вижу, что заинтересовала тебя. Расспроси его подробней. Может, найдется и для нас страничка в твоей летописи. А пока – до встречи, - она хихикнула и исчезла из виду.
__

После таких новостей, Канда был совершенно разбит. Линали отвела его в свою комнату и уложила спать. У девушки не оставалось практически никаких сомнений в том, что между ребятами что-то большее, чем просто крепкая дружба.

Самурай проснулся только к обеду следующего дня. Никогда он так долго не спал. Хотя, нет, было пару раз. Когда вставал с кровати, понял, что спал, не раздеваясь. Аллен всегда удивлялся его способности заснуть, во что бы то ни стало. Аллен… При воспоминании о нем всю сонливость как рукой сняло.
Рувелье забрал его в Ватикан. По дороге на дилижанс напали. Всех убили, а Уолкера так и не нашли. В голову лезли догадки, одна страшнее другой: Нои, Акумы (ведь без Невинности англичанин уязвим для их пуль), Граф (ведь они до сих пор не знали – кто их настоящий враг).
Ю принял душ и направился на завтрак, но так и не съел ни куска. После неудачной затеи с едой было решено пойти на тренировку в лес. «Надо успокоиться и все как следует обдумать…»
__

Японец уже несколько часов не покидал леса по причине того, что просто потерял счет времени, полностью отдавшись тренировке: он придумал новые приемы и отработал старые. Настала очередь медитации. Меч убран в сторону, глаза закрыты, поза Лотоса, руки на коленях. «Расслабься и ни о чем не думай. Загляни внутрь себя и разберись в мыслях и чувствах. Попытайся найти выход…»
- Что? Не знаешь куда податься и что делать? – перед мысленным взором стояла и улыбалась Йоко.
- Так вот какой облик приняли мои мысли, - ехидная усмешка, адресованная призраку девушки в кимоно.
- Остроумно, - такая же усмешка, - Прежде всего, ответь на вопрос: чего ты хочешь?
- Чтобы все вернулось на свои места.
- Хорошо. А что ты под этим под этим подразумеваешь?
- Отсутствие Акум, Ноев и он рядом со мной.
- Что тебе для этого нужно?
- Чуть больше силы.
- У тебя ее столько, что она стала забирать твою жизнь.
- Этого оказалось недостаточно.
- У всего есть своя цена. Что ты дашь за новую силу?
- Любовь к нему.
- Такой подход мне нравится. Итак, Канда Ю. Если я дам тебе силу, то клянешься ли ты отдать всю свою любовь этому человеку?
- Да.
- Хорошо, - она подошла к нему, поцеловала в макушку и продолжила, - Пусть душа твоя обретет форму, клинок станет тверже, а сознание познает нечто новое.
Канда почувствовал, как в его тело начинает поступать энергия: где-то в глубине он ощутил языки пламени, а в ушах зазвучало что-то невероятно красивое – словно небесный хор воспевал восходящее Солнце. Обжигая все нутро японца, пламя становилось все сильнее. Самурай не мог терпеть, ему хотелось разорвать себе грудь и сломать грудную клетку, лишь бы унять это чувство. Он закричал, сделал резкий вдох и распахнул глаза. Перед ним стояла девушка, сотканная из света, и держала в руках Муген. Он внимательно осмотрел ее. Девушка не двинулась с места.
- Посмотри на меня.
Она обернулась и взглянула Ю в глаза. «Хорошо. Сделай выпад с клинком», на этот раз – мысленно. Девушка повиновалась.
- Разруби вон то дерево.
Сорвалась с места, одним движением срезала указанный ствол и вернулась на место.
- Четвертая Иллюзия. Дух Мугена – вот твое имя.
__

Собрав все вещи и выключив Чистую Силу, Канда направился прямиком к Комуи и во всех подробностях рассказал ему о случившемся в лесу. Смотритель немедленно провел медицинский осмотр и изучение новой формы Невинности самурая. Вердикт он вынес спустя пять часов напряженной работы:
- Во-первых, Муген больше не будет отбирать у тебя жизнь. Во-вторых, во время боя ты будешь и мысленно и физически связан с этой иллюзией: у вас в голове будут одни и те же мысли - она будет повиноваться твоим приказам. В-третьих, все ранения, полученные этой, кхм, девушкой будут частично отражаться на тебе, так что сильно не радуйся. Вот.
- Что значит «частично»?
- Это значит, что слабые царапины, она будет принимать на себя полностью, а вот уже серьезные раны отразятся на твоем теле.
- Ясно. Я свободен?
- Да.
__

- Куда ты идешь?
- Туда, где смогу узнать правду о себе.
- Разве, она тебе не ведома?
- Нет. Я не знаю даже своего имени.
- А мое лицо? Ты узнаешь его? Нет никаких ассоциаций?
- Абсолютная пустота.

Юноша распахнул глаза и резко сел на диване. Он находился в какой-то непонятной комнате. Женщина с черной звездой на лбу принесла еды и тут же вышла. Чувство голода не было (что показалось неким облегчением), поэтому парень глотнул чая и снова лег на диван. Ему приснился сон: какой-то человек, по возрасту чуть старше его, задавал странные вопросы и получал странные ответы. Было во внешности парня из сна что-то туманно знакомое, но юноша не мог понять – что. На языке крутилось имя. Крутилось, но упорно отказывалось принимать форму конкретного слова.
Дверь снова отворилась и вошли трое человек: женщина, мужчина и девочка, которая с радостным криком кинулась ему на шею. Двое других незнакомцев сели в кресла, расположенные напротив дивана.
- Вижу, ты очнулся. Как самочувствие? – первым заговорил мужчина.
- Спасибо, хорошо. А кто вы и как я сюда попал?
- Меня зовут Тикки Микк. Это, - он указал на женщину, - Лулу Белл. А милое создание у тебя на шее – Роад Камелот. Ты помнишь свое имя?
- Люди в лазарете называли меня «Алленом».
- Скажу тебе больше: тебя зовут Аллен Уолкер и ты новый член нашей семьи. Семьи Ноя – высших и самых лучших из людей.
- Добро пожаловать, - Лулу Белл протянула руку, и Аллен пожал ее.
- А чем вы занимаетесь?
- Наша главная цель – уничтожить Черный Орден, - ответила Белл.
- «Черный Орден»?
- Это те люди, у которых ты очнулся.
- А чем они плохи? – внимание переключилось на блондинку.
- Тем, что они есть, тем, что убили великого Графа Миллениума, который хотел спасти этот мир от осквернения людьми.
- Но они были добры ко мне!
- Это только пока ты был болен, - теперь заговорила Роад, положив при этом свои ноги на его и обняв за талию, - А потом они собирались тебя пытать и, возможно, даже убить, а мы спасли тебя, - она улыбнулась и чмокнула Уолкера в щеку.
- Хм, ясно. А в чем, тогда, конкретно моя задача?
- Ты тот, кто может управлять Ковчегом – величайшим изобретением Графа, которое украл у нас все тот же Орден, - начал пояснение Тикки Микк, - Ковчег исполнит любое твое желание.
Аллен кивнул головой и снова задумался. Черный Орден нравился ему все меньше и меньше. «Таких людей нельзя оставлять в живых, нельзя допустить их дальнейшее развитие и нужно пресечь их существование на безопасной стадии...»
- Я расскажу Аллену подробности нашего плана, - Роад вытащила англичанина из комнаты и повела по неизвестному маршруту.
Лулу проводила пару взглядом и спросила Тикки:
- Кто он?
- Он Противоречие Ноя. Какая ирония: экзорцист, превратившийся в одного из своих злейших врагов. Что же из этого получится?
- Дальше будет видно. Какие мысли относительно нашего ближайшего будущего?
- Теперь у нас есть Ковчег. Если в Уолкере пробудились все воспоминания Четырнадцатого, то мы получим ощутимое преимущество.
- Надеюсь, ты прав…

Глава 13. Новая эпоха.

Буду с тобой в радости
И в минуты слабости.
Буду без тебя грустить
И в любви и в ярости.
Как же тебя отпустить?
Если что не так – прости.
Буду с тобой - кем захочешь,
Только не уходи!
(Лебединая)



Он находился посреди пепелища и пытался найти кого-то или что-то под обгоревшими обломками, но безрезультатно. Парень встает на ноги и начинает просто озираться по сторонам: лес, опушка и пепелище.
Вдруг, рядом с ним возникает молодой человек восточной внешности в изодранной одежде и с опаленными руками.
- Что ты ищешь?
- Сам не знаю.
- А зачем ты бросил меня?
- О чем ты?
- Ты ушел, даже не попрощавшись. Зачем ты бросил меня?
Было в этом человеке что-то до того родное, что ему хотелось подойти, обнять и попросить прощения, но, вместо этого, он спросил у азиата:
- Как твое имя?
- Ты знаешь его.
- Я забыл.
Незнакомец (или нет?) отвернулся и направился в лес.
- Стой! Куда ты?! – хочется догнать его и прижать к себе.
- В тот сон, в котором ты вспомнишь обо мне. Прощай, Аллен…

- Стой! – Уолкер подскочил на кровати.
Опять странный и непонятный сон. Нет, опять странный и непонятный сон об этом человеке. Кто он? Почему кажется, что они друг другу не чужие? Почему от воспоминаний о сновидениях и о нем тело начинает сладко ныть? Много вопросов и не одного ответа.
Англичанин посмотрел по сторонам и прислушался: тихо, темно, на другом краю кровати спит Роад. Они проболтали допоздна, да так и уснули в одежде на заправленной постели. Уолкер укутал девочку и вышел из своей комнаты в коридор, а, затем, и на веранду достаточно большого поместья где-то на юге Европы. Не смотря на то, что утро вступало в свои права, все равно было прохладно. Англичанин сел на одно из двух плетеных кресел и стал рассматривать окружающий пейзаж: аллею с неизвестными деревьями по краям, розовеющее небо, беседку вдалеке, птиц на ветках.
Из дома вышел Тикки и сел рядом:
- О чем задумался?
- Да ни о чем. Просто пейзажем любуюсь.
- Врешь. Что случилось?
- Это допрос?
- Да.
- Мне уже второй раз сниться сон с одним и тем же человеком, а я не могу понять – кто это. Что-то подсказывает, что я знаю его, но вспомнить не могу. Во сне я хочу коснуться его, и не получается. У тебя было такое: хочется остаться с кем-то, а не можешь?
- Да бывало, пожалуй, - на его губы легла загадочная улыбка, - Но, теперь этот человек вряд ли захочет даже глянуть в мою сторону.
- Печально.
- Угу.
Они немного посидели молча, и Микк спросил:
- Малыш, Роад все тебе рассказала?
- Ну, думаю, что – да. И что это за «Малыш»?
- Буду теперь звать тебя так, - он потрепал парня по голове и продолжил, - И что ты намерен предпринять?
- Для начала, надо вернуть Ковчег, но есть одна проблема: я не знаю, как незамеченным попасть в Орден.
- Нуу, незамеченным не получиться.… Тут тебе с огромной радостью поможет Роад: она может без проблем переместиться в любую точку пространства.
- Отлично. Когда можно начинать?
- Да хоть прямо сейчас, - граф сделал приглашающий жест рукой.
- Тогда, с начала я выпью чашку кофе.
- Неплохая идея.
__

Обстановка в тренировочном зале Черного Ордена была накалена до предела. Еще бы! Во время спаррингов Канды, Лави и Аллена заходить туда было сильнейшим риском для жизни! Ребята с головой уходили в дуэль, не замечали никого вокруг и могли запросто сбить вошедшего с ног или лишить несчастного какой-нибудь конечности.
Книгочей и самурай находились там с самого утра, пропустив завтрак. В этом бое весьма ощутимо уступал Историк, который никогда, и ни при каких условиях, не желал отдавать победу сопернику. Канду это беспокоило, и он перестал атаковать.
- Почему остановился?
- Не нравишься ты мне, Книжник. Что с настроением? Я ни за что не поверю, что ты не выспался или потерял квалификацию. Выкладывай!
- Выспаться-то я выспался, вот только сон один мне приснился: будто сижу и пишу что-то. Вдруг заходит Панда и говорит: «Мне нужно проверить тебя. Только так я буду уверен, что ты достоин ее»
- А кого «ее»?
- Как узнаю – сразу сообщу.
- И, все равно, это не оправдывает твоего состояния. Раскрывай кары до конца!
- Обещай, что не убьешь.
- Не гарантирую.
- Хм… Я влюбился в Тикки Микка, - сказал Лави и посмотрел на Ю взглядом нашкодившего щенка.
Самурай сверлил его взглядом из серии «деревня, дурак и прочие неприятности»
- Дать бы тебе по голове, да жалко.… А он?
- Говорил, что да.
- Замечательно. Учитывая нынешнее положение дел, - японец сел на пол у стены, - ты втрескался как нельзя кстати.
- Два «ха-ха» три раза. Это не смешно, Ю!
- А я и не смеюсь. А если вам придется драться?
- Не знаю, - Лави сел рядом, - Честно, не знаю. Много думал над этим, да так и не пришел ни к одному логическому выводу, так что, придется импровизировать.
- Сколько позитива в твоих речах!
- Каким мама родила.
- Хм, - Ю глубоко вздохнул и закрыл глаза, - Я сейчас хочу только одного: чтобы все это оказалось сном, я очнулся после обморока и Аллен был рядом.
- Возможно, Бог тебя услышал, раз твоя Невинность эволюционировала в такой момент.
- Надеюсь…

- ВНИМАНИЕ! Всем экзорцистам срочно проследовать к Ковчегу! В здание проник Ной! ВНИМАНИЕ! Всем экзорцистам срочно проследовать к Ковчегу! В здание проник Ной!

- Какого?!
Ребята переглянулись и сорвались с места…
__

Аллен стоял перед Ковчегом, протянув к нему руки, и что-то шептал. Вокруг лежали остатки одежды нескольких сотрудников Научного Отдела, и витало двое Акум третьего уровня, которые уничтожали любого, кто хотел приблизиться к новому члену семьи Ноев.
В тени одного из балконов прятались Мари, Комуи и Линали.
- Что он делает, брат?
- Музыкант говорит со своим инструментом, настраивает его.
Ли сделала попытку спрыгнуть с балкона, но Смотритель не дал этого сделать.
- Не надо, Линали. Мы не знаем, на что сейчас способен Аллен. Тем более, он тебя не узнает – он потерял все воспоминания об Ордене.
Подошли Канда и Лави.
- Что тут? – спросил Лави, отдышавшись.
- Посмотрите сами, - Комуи кивнул в сторону Ковчега.
Ребята высунулись из-за колоны. Увидев Аллена, Историк обеспокоено посмотрел на Ю. Тот, долго не думал, и спрыгнул с балкона.
- Ю, стой!
Но кричать было поздно: самурай уже стоял на полу перед Уолкером.
- Еще один! – Акумы заметно повеселели, - Погодите-ка, а не экзорцист ли это?! Что с ним делать, господин?
- Убить, - ответил Аллен, даже не повернувшись.
- Да, господин, - сказал один из Акум и кинулся в атаку.
Канда вытащил катану и подбросил вверх.
- Невинность, активация! Четвертая иллюзия, дух Мугена! В атаку!
Появившаяся девушка подхватила клинок и с легкостью разрубила нападавшего противника. Затем, она так же поступила и со вторым.
Когда Акум не осталось, Канда обратился к Аллену:
- Уолкер, что ты творишь?!
Тот опустил руки и повернулся к самураю.
- Я забираю то, что вы у нас украли – свой Ковчег, - ответил англичанин и подумал: «Это же тот азиат, которого я видел в своих снах!»
- Неужели ты все забыл? – горечь в голосе, - Вот так просто оставил меня одного…

- … Зачем ты бросил меня?

- Заткнись! – закричал Аллен, а из Ковчега вырвалась молния и ударила в экзорциста.
- Канда! – Линали не выдержала и спрыгнула с балкона к самураю. Следом вниз сиганули Лави и Мари.
- Что ты творишь, Уолкер?! - прокричал Историк.
- Не твое дело.
- Как ты посмел забыть нас всех, забыть Ю?!
-Я вас и не помнил.
Пока препирались рыжий и седой, брюнет пришел в себя, встал и, обойдя Лави, сказал англичанину:
- Вернись ко мне, вспомни! Аллен, слышишь?! Я не могу без тебя! – ему уже было плевать, что, кроме во всем осведомленного Лави, его слышат еще и Мари, Комуи и Линали, которая с ужасом понимала, какую ошибку совершила в день смерти Бака. Теперь все кусочки мозаики в ее голове встали на места.
- Заткнись! – еще один разряд, но Ю был готов - призрак девушки с катаной отбил этот удар, - Мне некогда с вами рассусоливать: меня ждут, - он отвернулся и вошел в Ковчег.

Экзорцистам понадобилось меньше трех секунд, чтобы сообразить, что делать и рвануть следом за Ноем…
__

Они вбежали в Ковчег, но Уолкера и след простыл.
- Куда он делся?! Не мог же просо взять и испариться! Мы же следом прыгнули! Ю, ты первый сюда влетел. Видел хоть что-нибудь?
- Нет, Лави. Возможно, дверь, которая ему была нужна это одна из этих, - самурай указал рукой на несколько ближайших проходов.
- Неправильный ответ, - насмешливый девчачий голос.
Ребята резко обернулись на источник звука и тут же сделали несколько шагов назад: перед ними, на мощеной дорожке открылось четыре светящихся отверстия (вроде того, в которое они шесть лет назад сиганули за Линали) и из них появилась семейка Ноев, вернее, те, кто от нее остались – Тикки Микк, Лулу Белл, Роад Камелот и Аллен Уолкер.
- Давно не виделись, господа экзорцисты, - граф изогнулся в шутливом поклоне и снова встал прямо.
- Да, вы не мельтешили перед нами целых шесть лет, - Историк насмешливо посмотрел в глаза Микка, - Что же привело вас сюда?
- Воля Проклятого Побежденного, - казалось, что в мире не существует никого, кроме Удовольствия Ноя и рыжего Книжника. Они стояли и неотрывно смотрели друг другу в глаза, при этом зажимая между пальцами по золотому кольцу.
- Кто такой этот «Проклятый Побежденный»? – грозно спросил Мари.
- Великий Граф Миллениума! – торжественно воскликнула Камелот
- Он жив?! – Нойз оторопел.
- Нет, вы убили его, - ответила Страсть, - И, теперь мы убьем вас. Кровь за кровь.
Роад хихикнула и экзорцисты приготовились нападать.
- Но, прежде чем мы вас, я хочу задать самураю вопрос, - англичанин посмотрел на Ю.
- Я слушаю, - блеск надежды в глазах.
- Скажи, почему каждую ночь мне снишься именно ты?
Канда от удивления раскрыл рот: Уолкер не забыл.… Пусть подсознательно, пусть во сне, но он видел именно его!
- Задай этот вопрос себе. Ответ хранится в твоем сердце.

…В тот сон, в котором ты вспомнишь обо мне…Канда! Тебя, ведь, так зовут, да?…Ю – это имя Канды. Канда Ю…

Голова затрещала, но англичанин и бровью не повел.
- Тогда нет смысла вести дальнейшую беседу.
- Аллен, хочешь, я убью этого наглеца, посмевшего беспокоить твой сон? – Роад ласково улыбнулась Уолкеру.
- Решай сама.
- Ну, вот и отличненько.
Слова мечты Ноя стали сигналом к атаке. Мари попытался поймать Лулу Белл, но та довольно далеко отскочила, заставляя того следовать за собой, пока оба не скрылись из виду.
Краем глаза Канда увидел, как от него удаляются и Тикки с Лави.
- Малыш, следи, чтобы экзорцисты не сбежали с Ковчега, - успел бросить Микк перед исчезновением.

- Так, так, так, господин экзорцист, - Роад привлекла к себе внимание самурая, - Кажется, это наша третья встреча. Знаешь, ты мне порядком надоел. И, думаю, это рандеву будет последним.
- Да, последним. Для тебя, - японец вытащил катану из ножен.
- Неоригинальная шутка.… О! У меня идея: я убью тебя собственноручно, не прибегая к помощи мира Мечты! Надо сменить обстановку, - пейзаж вокруг пары сменился на черный зал, огромный настолько, что у него не было видно стен.
Канда хмыкнул и подбросил вверх клинок:
- Невинность, активация! Четвертая иллюзия, дух Мугена!
Но появившуюся девушку тут же сковали кандалы, и какая-то сила оттащила ее в темноту.
- Это уже не честный бой.
- А я и не веду речь о честности, - Мечта взмахнула рукой, и за ее спиной появилось несколько десятков свечей, - Начнем…
__

- Аллен! Аллен! Это же мы! Вспомни! Аллен! – Линали уже срывала голос, но Уолкер просто стоял и спокойно смотрел на нее.
Девушка теряла всякую надежду на то, чтобы вернуть экзорцисту воспоминания. Ли оглянулась вокруг: Канда и Роад неподвижно стояли друг напротив друга, между Лави и Тикки, находящимися где-то на крышах зданий Ковчега, разыгралась нешуточная дуэль, а Мари и Белл вообще скрылись из виду. Китаянка снова повернулась к парню и попыталась привести его в чувства:
- Аллен, неужели ты меня не узнаешь?!
- Нет, - было видно, что девушка уже выводила его из себя.
- Мы столько времени провели вместе! Как ты мог забыть?! – она начала бить его кулаками по груди и заплакала, - Аллен, Канда потерял покой! Он…Он… Он не может без тебя! Он страдает!
- Отстань от меня! – Уолкер потерял контроль и отшвырнул девушку к стене, - Я не помню никакого Канду!
Он сделал шаг к китаянке с четким намерением добить ее, но…

…А ты смел, раз пришел сюда один…Я не пожимаю рук проклятым…Если через месяц не умрешь, то я, возможно, запомню твое имя…Мояши!…Прочитал одну книгу и размышляю над ее сюжетом…Я люблю тебя…Зачем ты носишь этот кулон? Он же обгорел…Сыграешь для меня потом?…Поцелуй меня…Ты со мной?…

Его голова наполнилась обрывками событий и фраз: Уолкер вспомнил все, что упрятали под собой воспоминания Ноя. Он протер глаза, будто только что проснулся от кошмарного сна. С сознания слетела белая простыня. «Линали!», первая осознанная мысль. Ной подлетел к девушке и помог ей подняться на ноги.
- Господи, Линали, прости меня! Я не хотел делать тебе больно!
- Аллен? Ты меня узнал? – Ли подняла на англичанина заплаканные глаза.
- Ну да.
- Слава Богу, - она сжала его в объятиях.
- Что случилось?
- В тебе проснулись воспоминания Четырнадцатого и ты потерял свою собственную память. Я думала, что Канда с ума сойдет, - она посмотрела в сторону, - Аллен.… Та ночь. Я не знала, что ты так с ним близок. Прости меня.
- Глупая. Ничего страшного, - он ласково улыбнулся, - Где остальные?
- Мари и Лулу Белл куда-то исчезли, Лави дерется с Тикки Микком, а Канда с Роад, - китаянка указала куда-то за спину англичанину.
- Черт, только не это. Она утянула его в свое сознание. Надо что-то предпринять…

- Ковчег выполнит любое твое желание…

«Хм, не думал, что ты окажешь мне такую помощь, Микк», подумал Уолкер и крикнул:
- Ковчег! Вот мое желание!
__

Почему ты никак не умрешь?! – Роад в который раз отправляла заостренные свечи в самурая, у которого все время получалось увернуться.
- Ты слишком слаба, чтобы убить меня! – японец был довольно сильно ранен, но сдаваться не собирался.
- Хорошо, тогда я воспользуюсь местностью, - она щелкнула пальцами и за спиной японца выросла стена, мешающая отступлению Ю.
- Что за…
- Так будет проще тебя убрать! – она создала новых свечей и собиралась отправить их в японца.
Не дал этого сделать яркий свет слева от парня.
- Что это?
- Это я, - из сияния показался Уолкер и встал между Кандой и Камелот, - Если ты хоть пальцем его тронешь, я тебя уничтожу.
- Аллен? – ошарашено спросил японец, - Это правда - ты?!
- А ты сомневаешься?
- Но почему? – в диалог вмешалась Мечта Ноя, - Память вернулась?
- Да, вернулась. И я собираюсь отомстить за обман и за своих друзей.
- Как ты попал сюда?
- Ковчег откроет Музыканту любую дверь.
- Ясно. Чтож…жаль, конечно, но придется убить и тебя…
- Нуу, давай попробуй.
__

- Перестань. Ты же видишь, что защищаться бесполезно. Я, все равно, сильнее, - сказал Тикки после очередной атаки.
- Прости, я отдам тебе все, кроме победы в этой дуэли, - Лави дивился сам себе: откуда это у него столько позитивного настроения? Радоваться было нечему: дуэль насмерть с любимым человеком при помощи оружия, которое вот-вот сломается, никому не поднимет настроения. Вся эта ситуация напоминала ему события шестилетней давности. Только не было тогда такой боли в сердце…
- Ну, как хочешь. Тизы!
Огромная стая бабочек кинулась на Историка. Тот сделал сильный взмах молотом и сотворил печать Огня. Бабочки сгорели, но по Тесею пошла трещина, и он развалился на куски, оставив на крыше лишь сияющую частицу Невинности.
- Я же говорил, - Тикки мягко улыбнулся, - Прости, но ты был всего лишь игрушкой.
- Тогда, почему ты плачешь? – спросил Лави, заметив предательскую слезу Ноя.
- Это уже не твое дело. Тизы!
Микк закусил губы, а Книгочей обреченно закрыл глаз. Но, сегодня насекомым было не суждено отведать плоти Историка: Невинность сама по себе загорелась и сожгла всех бабочек дотла.
Лави открыл глаз и увидел, что окружен столбом пламени, а перед ним стоит ни кто иной, как сам Панда и держит его, Лави, Чистую Силу.
- Старик?!
- Ты прошел испытание, и я дарую тебе истинную силу Бога, - он сжал в кулаке Невинность, обращая ее в пыль.
- Что ты творишь?!
- Смотри, глупый ученик, - он разжал ладонь и осыпал рыжего получившимся порошком, - Вдохни ее, - сказал он и исчез.
Лави сделал резких вдох и, вместе с горячим воздухом, втянул в себя и пыль. «Теперь тебе не нужен молот для сотворения печатей. Отныне твое сердце будет гореть еще более ярким пламенем, сознание будет окутано ледяным спокойствием, душа будет тверже земли, а реакция быстрее ветра в бурю. Я спокоен за тебя и могу отдыхать», в голове раздался голос наставника. «Спасибо учитель. Я не поведу», подумал Книгочей и посмотрел на ошарашенного графа.
- Какого черта здесь произошло?!
Рыжий летописец ничего не ответил, просто подошел в Тикки и поцеловал со всеми страстью, нежностью, любовью, отчаянием, болью и наслаждением, на которые был способен. Микк сначала хотел отбросить наглеца в сторону, но, вместо удара, обнял его за талию и ответил на поцелуй. К сладости, которую ощутил Ной, примешался и вкус слез – Историк плакал. Через секунду Тикки понял – почему.
«Прости», подумал Лави и, сильнее зажмурив глаза, продолжил мысль: «Огненная печать. Пламя и пепел»
Вокруг пары разверзлось пламя, которое не трогало одного и причиняло страшную боль другому. Но португалец не кричал, а лишь с грустью смотрел на рыдающего Историка.
- Прощай, - губы рыжего смогли сложиться только в одно слово.
- Прости, - Тикки мягко улыбнулся и, поцеловав кольцо у себя на пальце, позволил пламени поглотить себя.

Я прошу, останься рядом со мной, друг.
Я согрею и укрою от всех вьюг.
Я тебе большую тайну открою.
Я могу быть рядом,
Я хочу быть только с тобою…
(Лебединая)




Вместо эпилога или Без оглядки

Обстановка в кабинете Комуи была довольно забавной: Канда рассказывал, что случилось в Ковчеге (и, судя по всему, рассказчик из него был не ахти какой), Комуи решительно ничего не понимал и запутался во многочисленных лирических (если периодические нецензурные высказывания и угрозы можно назвать подобным словом) отступлениях самурая, Мари и Аллен тихо давились от смеха, а Лави спокойно созерцал всю эту картину. Линали, по возвращении, была без возражений отправлена в лазарет: Аллен, все-таки, повредил ей шею.
- Это мне понятно, но чем все закончилось? – Ли пытался выглядеть абсолютно спокойно.
- Благодаря Уолкеру, Роад осталась запечатанной в своем мире Мечты. Благодаря Лави, умер Тикки Микк, - при этих словах Историк вздрогнул, - А Лулу Белл куда-то исчезла, - Канда был готов уже достать Муген и убить им Смотрителя.
- Вот так лучше! Теперь все понятно, - Ли поправил очки, - Хорошо, идите отдыхать. И, спасибо вам, ребята.
- Да не за что, - Аллен с улыбкой махнул рукой и ребята вышли из кабинета.

Уолкер и Канда в спешке покинули здание и устроились под любимым деревом в лесу. Говорить о чем-либо не хотелось, поэтому Аллен просто перебирал волосы лежащего на его ногах Ю, который, того и гляди, начнет мурлыкать от ловких движений англичанина.
Первым нарушил молчание японец:
- Ты теперь не экзорцист. Что планируешь делать?
- Не знаю. Тебя одного оставлять – себе дороже, поэтому из Ордена я не уйду однозначно. Тем более, теперь я знаю все секреты Ковчега и хочу их опробовать. Так что, мне есть, чем здесь заняться.
- А если нагрянет Ватикан и пожелает узнать, что это Ной делает среди экзорцистов?
- Я их не боюсь. Да и не смогут они мне ничего сделать, - Аллен ласково улыбнулся самураю.
- Хотелось бы верить. А что с остальными членами твоей «семьи»?
- Роад я упрятал в Ковчеге так, что та едва ли выберется: она потерялась в собственном выдуманном мире и не отличит реальность от вымысла. Лулу Белл я чувствую, но очень слабо: возможно, она запечатала свою силу и уехала куда-нибудь на край света. А Тикки Микка я не чувствую вовсе. Видимо, Лави, действительно убил его.
Канда хмыкнул и вдруг резко подмял англичанина под себя.
- Что ты вытворяешь!?
- Если ты еще когда-нибудь куда-нибудь надумаешь исчезнуть от меня, можешь сразу копать себе могилу! Понял? – взгляд Ю был полон решимости.
- Я думал, что тебе известно, что избавиться друг от друга у нас шансов нет, - съехидничал Уолкер и притянул губы Ю к своим.
__

*Месяц спустя*

- До свидания, господин Ксандр. Спасибо за помощь с переводом! Без Вас мы бы точно не справились!
- Не за что, святой отец. Это Вам спасибо за разрешение воспользоваться архивом, - Лави улыбнулся и вышел за пределы монастыря.
Прошел уже месяц, а он помнит тот день в мельчайших подробностях и ничего не упускает. От таких воспоминаний иногда даже не удается уснуть: перед мысленным взором встает Ной, охваченный пламенем.
Но это только тогда, когда Историк остается наедине с самим собой, а, следовательно, нужно отдаться работе и ни о чем другом не думать.
Сейчас его путь лежал в Болгарию: там он хотел закончить главу летописи и понаблюдать за волнениями крестьян в столице. Дорога предстояла оказаться довольно долгой, но его это не пугало.

Ночь застала Книгочея посреди леса. До ближайшего города было часа четыре ходьбы, но Лави было лень плестись, и он остановился на опушке недалеко от дороги. Разведя костер, рыжий прислонился спиной к дереву и прикрыл глаза. Удивительно, но сегодня в голову не лезли воспоминания о Тикки. Он улыбнулся своим мыслям и спросил в пустоту:
- И долго ты собираешься по кустам от меня прятаться?
Шелест листьев, шаги и шепот на ухо:
- Пока не пригласишь сесть рядом…

«Неважно, что там говорят про судьбу. Я выбрал
этот путь сам. Я обещаю, что не
остановлюсь. Я буду идти вперед, во что бы то ни стало…»
(Аллен Уолкер)

0

13

Название: Безумцы
Автор: Фаина_15
Фендом: Soul Eater
Персонаж: профессор Штейн
Саммари: Он выходит каждый вечер, он садится на качели,
У него глаза безумца, он поёт колыбельную волкам.
(Юля Бужилова «Колыбельная волкам»)

Безумие — потенциально неизлечимое тяжёлое психическое расстройство. Исторически этот термин применялся к целому ряду различных психических заболеваний, поэтому в современной медицине и психиатрии он используется редко, хотя по-прежнему популярен в разговорной речи.
Это то, что вы найдете в любом словаре по философии. Но словарям и умным книжкам не всегда можно верить, не так ли? Гораздо интересней и познавательней будет изучить все на собственном опыте или поставить опыт на других. Он понял эту простую истину очень и очень давно: еще когда был ребенком и учился в Академии. Но никто вокруг не понимал такого интересного способа познания окружающего мира и все считали его безумцем. Даже напарник всегда как-то не так смотрел на парня. Это иногда так выводило Штейна из себя, что хотелось взять чье-нибудь лицо или тело и исполосовать его скальпелем так, чтобы шрамы никогда не зажили. Но, когда рука была уже в сантиметре от лица ублюдка, который ровно секунду назад хотел избить его, как вдруг…

- Штейн! Ты из ума что ли выжил?!
«Спирит-семпай…», устало подумал блондин и отпустил парня, тут же пустившегося со всех ног убегать.

Это прошлое. Но оно мало чем отличается от настоящего.
Он откинулся в кресле и затянулся, взглянув на экран компьютера, где умная машина высчитывала результаты очередного эксперимента. «Интересно, а она сможет посчитать степень моего безумия?», усмешка в половину лица, «Конечно, нет… Глупая машина…». Чей-то голосок что-то тихо нашептывает, но он отчетливо слышит каждое слово. Кто-то рассказывает ему странные истории о странных людях и странных вещах. Но это так затягивает, что хочется слушать и запоминать. А, иногда, еще и спросить, поговорить, поспорить. Это так приятно, когда есть кто-то, кто разделяет твои интересы. Наверное, это и есть безумие. А Штейну плевать на то, что кто-то будет тыкать в него пальцем и называть психом. «Все делается во славу науки, все делается во славу эксперимента, все делается во славу знания!», профессор отталкивается от стола и отъезжает на кресле в другую сторону огромной, мрачной комнаты, словно сшитой из кусочков бетона. Беглый взгляд по полкам и ловкие пальцы вытаскивают какую-то папку, еще один толчок ногой от стены и мужчина возвращается за стол, где рядом с клавиатурой уже лежит листок с результатами решенной задачи, который тут же отправляется в ту самую папку. Очередные расчеты, которые необходимы перед настоящими исследованиями. Как это все-таки приятно! Ощущать в руках холод скальпеля, улавливать едва слышный скрип разрезаемой кожи, изучать, записывать, смотреть. Неужели у кого-то язык повернется назвать это безумием? «Да вы сами безумны…», лишь усмехнется он и продолжит свои опыты на плоти.
Каждый из нас заражен безумием, каждый из нас считает безумцами других, каждый из нас невиновен в своей попытке познать окружающий мир каким-то оригинальным способом. Чего в этом безумного? Не подскажите?

Отредактировано Кира Волкова (2009-11-16 07:45:30)

0

14

Название: Прости, Альма
Автор: Фаина_15
Фендом: D.Gray-man
Персонажи: Канда Юу, Аристар Крори, Альма Карма
Саммари: «Кто-то мчался, падая с ног, плыл против течения, ехал на красный…
Просто, чтобы сказать, что всё будет хорошо, что всё не напрасно.
Но ошибся дорогой, и не рассчитал траекторий полёта.
И мне снова приходится быть для тебя этим "кто-то"…» (с) Флер «Кто-то»
Посвящение: Стефани Сану и Бастиану Едельштайну

Свежий морозный горный воздух раздирал горло при каждом вдохе: хоть они и не раз бывали в горах, организм все равно никогда не привыкнет к этому. Чистая Сила стала большой редкостью, словно Нои шли на несколько шагов впереди, методично уничтожая все частицы Божественного Кристалла. Все их миссии превратились просто-напросто в зачистки территорий от Акум.
Но, на этот раз, кажется, им повезло и где-то в горах Тибета на самом деле покоится светло-изумрудный кристалл Невинности. Комуи не стал медлить и моментально выдал задание, велев отправиться к горному озеру и, во что бы то ни стало, привезти Чистую Силу в Орден. На задание отправили аж четверых человек, что тоже было весьма странным: Смотритель обычно ограничивался двумя, максимум – тремя, экзорцистами. А тут аж четверо: Аристар Крори, Канда Юу, Лави и Линали Ли! Последнюю он все никак не хотел отпускать, но никого больше не было, а Аллен Уолкер нужен был здесь в Ковчеге. Такое количество человек на миссии можно было объяснить только стремительно растущим желанием сенешаля опередить Графа Миллениума или, хотя бы, увеличить шансы на победу в бою против семьи Ноев.
Вот так и оказалась вся четверка на красивейшем горном озере в Тибете. Как же там было красиво: невероятно голубое и чистое небо, отражающееся в ровном ледяном озере почти идеально круглом озере (у Крори даже сложилось такое ощущение, что стоит ступить в воду, как ноги покроются ровной коркой льда) и горы, почти да самых верхушек занесенные снегом. И безграничная даль где-то там впереди, и тонкая белая полоска света между небом и землей. Вот именно в таких местах и должна покоится Чистая Сила, ожидая тех, кто придет за ней – простых людей, Искателей, Акум, Ноев, экзорцистов… Не важно.
Экзорцисты просто шли вперед: Канда что-то недовольно ворчал, положив руку на Муген, Линали рассматривала шикарный пейзаж, Лави сунул руки в карман и просто шел позади всех, а сам Крори не переставал восхищаться красотой разных уголков мира. Наконец, Юу остановился и внимательно всмотрелся в центр озера.
- Она там. В самом центре, - напряженно проговорил он.
- И как же нам до нее добраться? – Линали указала рукой в ту же точку, в которую смотрел мечник.
- Лави, - японец посмотрел на рыжего ученика Книгочея.
- Посмотрим, что можно с этим сделать, - паренек потянулся к кобуре, - Расти!
Но сделать он так ничего и не смог: послышались взрывы и выстрелы – показались Акумы. Сколько их было - никто даже считать не стал…
- Муген, активация!
- Расти!
- Черные сапоги!
Ребята кинулись вперед. Крори принял свою не самую лучшую форму, и прыгнул в сторону ближайшего Акумы. Впившись в него клыками румын принялся высасывать всю кровь демона, не оставляя ни капли. Акума взорвался, Аристар прыгнул на следующего, и еще на следующего. За спиной послышался гаденький смех, выстрел и мужчину накрыла тень: он только и успел рвануться в сторону от падающего куска скалы. Обладатель этого самого гаденького смеха подхватил его и швырнул в сторону острых камней….
Плечо пронзила резкая боль: кусок скалы впился в кожу, разодрав форму и плоть. Больно. В горле пересохло. Вампир облизал за секунду пересохшие на морозе губы, уперся ногами и руками в камень позади себя и резко оттолкнулся, приземляясь за спину демону. Тот даже среагировать не успел, как Аристар впился ему в спину клыками. Глоток, второй, третий. Мужчина чувствовал прилив сил в теле, а Акума почти жалобно визжал, пока вовсе не рассыпался на кусочки.
Крори сглотнул и побежал на помощь к друзьям в ту сторону, где загорались огненные столпы, и на фоне неба мелькала девичья фигурка.
Это случилось совершенно неожиданно: желудок скрутило, а горло обожгло пламенем. Крори схватился за горло и рухнул в снег. Отравление. Такое случается, когда он перебирает с кровью Акум. Боль в горле перетекла в виски и куда-то в область груди. Мужчина рухнул на снег и потерял сознание…

You could've been all I wanted
But you weren't honest
Now get in the ground
You choked off the surest of favors
But if you really loved me
You would've endured my world (с)

«Холодно…», первая мысль, с которой Аристар Крори, экзорцист с Паразитическим типом Чистой Силы, пришел в себя. Горло уже не жгло и чувства приходили в норму: он все еще лежал в снегу, даже, кажется, в той же позе, что и упал, пальцы обледенели, волосы промокли, снег забрался под ворот плаща и нещадно таял на горячей коже. Крори закрыл глаза, прислушиваясь: где-то метрах в тридцати-пятидесяти все еще гремела битва. Экзорцист досчитал да десяти и предпринял весьма удачную попытку встать с земли. В груди заныло, но тут же перестало, позволяя румыну подняться и осмотреться. Он, действительно, лежал там же, де и упал: никто его не перетаскивал и не трогал. Да он и не обижался: не до этого сейчас.
Нужно было идти вперед и искать остальных, но его отвлекло какое-то черное пятно, неподвижно лежащее на берегу стеклянного озера. Аристар присмотрелся и разглядел экзорцистскую форму и длинные иссиня-черные волосы – главные атрибуты Канды Юу. Где-то неподалеку мерцала еще и катана, мирно спящая среди россыпи капель крови.
Вампир поднял катану, поднял на руки японца и пошел совершенно в другую сторону от поля боя в поисках какой-нибудь пещерки или углубления, в котором можно положить мечника и перевязать ему раны. Пещера нашлась довольно скоро, в ней можно будет всем вместе потом переночевать. Крори бережно уложил бесчувственного Юу на свой плащ и распахнул рубашку японцу, рассматривая ранения. Четыре глубокие почти черные полосы, выделяясь на фарфоровой кукольной коже, тянулись от ключицы и до пупка и уже покрывались коркой из застывшей крови. Аристар набрал на улице снега, растопил его и аккуратно промыл раны и перевязал их тем, что подвернулось под руку. Канду колотило, с его лба катились капли пота, дышал он через рот – подступала лихорадка. Аристар постарался сделать так, чтобы азиату было не так холодно и сел рядом, прижимаясь к боку парня: чтобы тепло его тела тоже грело мечника... А что ему еще оставалось?
__

Как же холодно…и больно…ноет где-то в области живота…да еще и что-то холодное забивается под плащ… Где он? Ах, да. В Тибете, на горном озере, только что убивал Акум. А теперь лежит в полуобморочном состоянии ногами по колено в воде. Этот идиот вампир, вроде, предполагал, что они должны тут же покрыться льдом. Не покрылись. Кретин, а не экзорцист. Вот бы сейчас встать и перебраться куда-нибудь подальше от сюда, перевязать раны, отдышаться и снова убивать Акум, ведь каждый убитый им демон приближал Юу к заветной цели, к НЕМУ. По крайней мере, так считал сам экзорцист.
Растаявший под плащом снег уже начинал нещадно раздирать кожу на кусочки, как кто-то подхватил его на руки и куда-то понес. Юу едва слышно вздохнул и провалился в тишину и небытие.
Темноты не было. Вместо этого он увидел огромную залу с резервуарами, в которых спали какие-то дети, в одном из которых лежал он сам. Странно, но под водой он мог абсолютно спокойно обходиться без воздуха. Только вот картинка перед глазами смазывалась, и все приобретало нечеткий рисунок. Над его головой показался какой-то силуэт и до слуха долетели чьи-то слова, чей-то голос:
- Эй…ты очнулся?
Юу попробовал пошевелиться.
- Ты ведь очнулся? Если ты очнулся, то постарайся поднять руку!
Канда дернул пальцами и потянулся рукой вверх.
- Ура! Ура! Я так рад, ведь думал, что остался совершенно один…
Воспоминание растворилось во тьме и, вместе с ним, какая-то щемящая радость. Альма Карма – его первый и единственный друг. Тот, кого Юу пришлось убить девять лет назад… Отвратительное, омерзительное чувство, которое он подавил тогда в себе. А так хочется его обнять, повиснуть на плече и попросить прощения за то, что занес тогда над ним оружие… Вот он, совсем рядом, стоит и улыбается, тянет к нему руки. Пока никто не видит, Юу позволил себе прижать Альму и просить прощения…
- Прости, Альма, прости…

__

Крори просидел рядом с Кандой несколько часов, наблюдая его метания по земле и будучи не в силах что-либо сделать. Канда катался на спине, что-то шептал, истекал потом. Аристар чувствовал себя последней сволочью из-за неспособности помочь мечнику. Вдруг Юу поднялся и обнял румына, прижимая его к себе и утыкаясь носом в шею…
- Прости, Альма, прости…
Экзорцист просто спокойно сидел, обняв свои ноги: он не знал, что сейчас видит Канда, да и это не его дело – перед кем и за что извиняется японец….

0


Вы здесь » [Reallife?] » архив тем » Каморка сами решайте с чем....